Хазина А.В. (Н. Новгород). Historia est magistra vitae: от Цицерона к Посидонию - Антиковедение в системе современного образования. Материалы конференции - Автор неизвестен - Методология истории - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


История Киевской Руси
История Украины
Методология истории
Исторические художественные книги
История России
Церковная история
Древняя история
Восточная история
Исторические личности
История европейских стран
История США

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 54      Главы: <   40.  41.  42.  43.  44.  45.  46.  47.  48.  49.  50. > 

    Хазина А.В. (Н. Новгород). Historia est magistra vitae: от Цицерона к Посидонию

    Пожалуй, одним из самых расхожих выражений, доставшихся нам от античной традиции, в современной культуре стал тезис: “Historia magistra vitae”. Вырванное из контекста труда Цицерона “Об ораторе” (II. 9. 36) это изречение приобрело самостоятельное звучание и трактуется сегодня весьма расширительно – от принципа дидактики до философского основания историописания. Между тем в работе Цицерона оно имело прикладное, почти инструментальное значение и всего лишь описывало один из риторических приемов.

    У истоков современного расширительного смысла метафоры об истории как учительнице жизни мог стоять старший современник Цицерона – философ-стоик, ученый и политик Посидоний Апамейский (ок. 135 – ок. 50 гг. до н. э.), признанный уже античной историографией подлинным “стоическим Аристотелем” за энциклопедическую широту своих интересов и практически забытый в отечественной историографии античности. Разумеется, идея дидактической функции универсальных историй восходит еще к Фукидиду, Эфору, Полибию, но в историко-философских взглядах представителя Средней Стои она приобретает новые масштабы.

    Доминантой, определяющей взгляды Посидония на историю и принципы историописания, как показывают материалы источника, следует признать стоические идеи “всеобщей мировой симпатии”, “единого космополиса”, “стоического мудреца” (Fr. 105, 106, 170 =Kidd). Они формировали этиологический подход к истории. История, по мнению Посидония, являлась не простым набором сведений о различных странах и народах, но объяснением мира (Diod. I.I.3; Strab. II.III). История, таким образом, реализовывала важнейшую функцию дидактики – объяснение. Представления о “едином мировом космополисе”, о космической взаимообусловленности земных процессов в “Историях” Посидония объясняли не только причины физических явлений (приливов-отливов, вулканической деятельности etc.), но и существование множества ойкумен, вариативность рас. Однако в разнообразном, динамичном мире человеческих сообществ он пытается найти общие черты, используя кардинальную для стоиков категорию “всеобщего”. История народов представала в изложении Посидония единством в различии, показывала множественность ступеней и форм единого исторического бытия и учила, что невозможно провести принципиальное различие между цивилизованными греками, римлянами и менее высоко развитыми народами (Fr. 105a = Kidd; Diod. V. XXXI. 5; XXXII. XII. 2; XXXV. IV. 2). На примерах древних форм зависимости этносоциальных групп (илотов, мариандинов, пенестов - Athen. VI. 263 e-d; Fr. 49, 316 = Kidd.) Посидоний развивает идею “естественного равенства”, “ненасилия”, разрабатывая “теорию договора” между победителями и побежденными, между сильными и слабыми этносами.

    Эксцерпты из Диодора и Сенеки показывают, что первостепенную роль в историческом процессе, по мнению Посидония, играют философы. Задача мудреца как участника исторического процесса – создание и поддержание равновесия в обществе. Идея “стоического мудреца”, решенная в таком контексте, стояла у истоков представления о роли личности в истории. Не только такие политики, как Рутилий Руф или Помпей, были в глазах Посидония способны отвести судьбу своего народа от слепо управляющего рока, но также и историки, извлекающие позитивные и негативные примеры из прошлого, должны принимать участие в осуществлении справедливого мира. Это высокая оценка призвания историка соответствовала пониманию Посидонием воспитательного значения истории и должна была стать весомым аргументом в его решении продолжить труд Полибия. Она также могла определить и собственную активную политическую позицию философа, имевшего, по сведениям источников, богатый опыт государственного деятеля и политика.

    Дидактическая функция истории основывалась также на изучении Посидонием природы человеческих аффектов. Полагая, что аффекты относятся к иррациональным силам души, он считал, что только с помощью воспитания они подчиняются власти логоса и могут управляться. Поэтому изображение социальных и политических сюжетов связано с массовой и индивидуальной психологией. Посидоний – один из немногих античных историков, который попытался на исторических примерах проследить изменение человеческого характера под воздействием различных обстоятельств (Athen. V. 48-51, 211d-215d; Diod. XXXVII. 29. 1).

    Можно сказать, что судьба знаменитой метафоры Цицерона была своеобразным и парадоксальным образом предсказана трудами его предшественника Посидония.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 54      Главы: <   40.  41.  42.  43.  44.  45.  46.  47.  48.  49.  50. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.