<img width=482 height=2 src="books/../books/o072/ИСТОРИЯ%20США.%20Т.3_image065.gif">2. ПОЛИТИКА АДМИНИСТРАЦИИ ГУВЕРА - ИСТОРИЯ США. Т.3 - Автор неизвестен - История США - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


История Киевской Руси
История Украины
Методология истории
Исторические художественные книги
История России
Церковная история
Древняя история
Восточная история
Исторические личности
История европейских стран
История США

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 108      Главы: <   29.  30.  31.  32.  33.  34.  35.  36.  37.  38.  39. > 

    2. ПОЛИТИКА АДМИНИСТРАЦИИ ГУВЕРА

    Кризис 1929—1933 гг. поставил правящие круги США перед острей-

    шими социально-экономическими, политическими и идеологическими

    проблемами. Полнейшее расстройство экономического механизма стра-

    ны, колоссальная безработица, массовое разорение фермеров, нищета и

    страдания миллионов американцев, тревожные для буржуазии симптомы

    радикальных изменений в их массовом сознании — все это настоятельно

    требовало мобилизации всех ресурсов капиталистического государства

    для борьбы с кризисом и его последствиями. Однако чем глубже увяза-

    ли Соединенные Штаты в трясине экономического кризиса, тем с боль-

    шей силой сказывалось противоречие между необходимостью проведения

    срочных мер по огосударствлению во всех сферах жизни общества и

    цепкостью старой идеологии «твердого индивидуализма», выступающей

    против вмешательства государства в экономику и социальные отноше-

    ния.

    Острота этого противоречия была связана с тем, что слишком мно-

    гого монополистическая буржуазия США добилась в предшествующие

    десятилетия под знаменами индивидуализма, слишком многое дала ей

    укоренившаяся в стране практика бесконтрольной наживы, чтобы с лег-

    костью отказаться от привычной индивидуалистической философии. По-

    этому большинство представителей крупного капитала прочно стояли на

    прежних позициях, другие же находились в растерянности, были охва-

    чены паникой и вообще не знали, что делать дальше.

    Приверженность принципам «твердого индивидуализма» полностью

    разделяли и ведущие деятели республиканской администрации. Прези-

    дент Г. Гувер и члены его кабинета в течение всего периода кризиса

    решительно возражали против использования государства для непосред-

    ственного регулирования социально-экономических процессов. Они упор-

    но держались той точки зрения, что экономический механизм США

    здоров, что магическая сила деловой предприимчивости американского

    бизнеса сама, без всякого вмешательства извне, возвратит стране былое

    «процветание», и тогда поспешно введенные «социалистические», т. е.

    фактически государственно-монополистические, этатистские меры ока-

    жутся слишком большой и ненужной платой за страх.

    Долгое время Гувер и другие деятели республиканского правитель-

    ства вообще отрицали даже само наличие сколько-нибудь серьезного-

    экономического кризиса. В официальных заявлениях они месяц за ме-

    сяцем уверяли американцев, что Соединенные Штаты переживают не

    кризис, а временную заминку, что испытываемые страной затруднения:

    порождены не внутренними причинами, а влиянием Европы и что «ма-

    лейшая неуверенность в будущем экономики США и в силе американ-

    ского бизнеса является неразумной»22. В октябре 1930 г., когда уже

    мало кто сомневался в том, что капиталистический мир вступил в поло-

    су глубочайшего экономического кризиса, Гувер в речи на съезде Аме-

    риканской ассоциации банкиров продолжал упорно повторять, что все

    происходящее с 1929 г. в Соединенных Штатах — не более чем времен-

    ный перерыв в процветании великой нации.

    Но даже тогда, когда суровая действительность заставляла президен-

    та и его коллег признавать серьезность экономической ситуации в США,

    Г. Гувер и другие члены республиканской администрации в соответствии

    с канонами индивидуалистической идеологии постоянно утверждали, что

    кризисные явления в экономике могут и должны быть преодолены не

    активностью федерального правительства, а усилиями бизнеса и других

    экономических групп. «Экономическая депрессия не может быть ликви-

    дирована действиями законодательных органов или распоряжениями ад-

    министративных учреждений,— говорилось, например, в ежегодном по-

    слании президента конгрессу о положении страны в декабре 1930 г.—

    Экономические раны залечиваются действием клеток экономического

    организма — самими производителями и потребителями. Для восстанов-

    ления экономики необходимы их кооперативные усилия». «Наилучшим

    вкладом правительства» в решение стоявших на повестке дня проблем,

    утверждал президент, является  «поощрение этого добровольного сотруд-

    ничества на местах»23.

    Этой индивидуалистической философии Г. Гувер придерживался до

    конца пребывания на посту президента США. Вот как он определил

    свое кредо в последнем послании конгрессу о положении страны в

    декабре 1932 г.: «Мы создали особую систему индивидуализма, которая

    не должна быть подменена действиями государства, ибо она принесла

    нашей стране больше свершений, чем когда-либо было достигнуто в

    истории любой другой страны. Принципы американской системы и

    пружины ее прогресса таковы, что мы должны позволить свободную иг-

    ру социальных и экономических сил и в то же время стимулировать

    инициативу и предприимчивость граждан. Поддерживая такой баланс,

    федеральное правительство не дает привилегий ни одному лицу и ни

    одной социальной группе. Оно должно действовать как координатор

    их усилий, а не как участник социальной и экономической жизни об-

    щества» 24.

    Как же выглядели эти индивидуалистические декларации в конкрет-

    ной политической практике республиканской администрации?

    В соответствии с курсом на поощрение «добровольной кооперации

    экономических групп» Гувер в ноябре 1929 г. при первых же признаках

    значительного ухудшения экономической конъюнктуры провел серию

    консультаций с лидерами делового мира, призывая их к добровольному

    сотрудничеству и взаимной поддержке и обещая им всяческое содейст-

    вие федерального правительства. Президент убеждал представителей

    крупного бизнеса не прибегать к узкокорыстным мерам, не свертывать

    производство, не увольнять рабочих и сохранять прежний уровень за-

    работной платы25. Со своей стороны Гувер добился от лидеров АФТ

    официального отказа от стачек на период кризиса во имя достижения

    «национального единства». В целях стимулирования частных капитало-

    вложений и оживления деловой активности республиканская админист-

    рация приняла срочные меры к активизации деятельности Федеральной

    резервной системы и к существенному удешевлению кредита, а в декаб-

    ре 1929 г. провела через конгресс очередное снижение налогов на дохо-

    ды корпораций. В июне 1930 г. вступил в силу новый тарифный закон

    Хоули—Смута, ставший поистине апогеем протекционизма.

    Таким образом, экономическая политика правительства Гувера в пер-

    вые же месяцы после наступления кризиса была весьма далека от посту-

    лаюв laissez faire и канонов социал-дарвинизма. Напротив, Гувер ока-

    зался гораздо более активным президентом кризисного периода, чем лю-

    бой из его предшественников на этом посту. Однако экономический

    кризис 1929—1933 гг. не знал аналогий в истории США, и даже весьма

    энергичные действия республиканской администрации, направленные на

    поощрение кооперативных усилий бизнеса и других социальных групп,

    очень скоро оказались совершенно не соответствующими реальным по-

    требностям момента. Что же касается самих представителей крупного

    капитала, то, по справедливому замечанию журнала «Нейшн», «у капи-

    танов индустрии не было ни достаточного кругозора, ни плана, ни про-

    граммы вывода страны из кризиса» 26.

    Извлекая все возможные выгоды из мер гуверовской администрации

    по стимулированию деловой активности, лидеры монополистической

    буржуазии США не проявили большого воодушевления по отношению

    к призывам президента поддерживать прежний уровень занятости и

    оплаты труда. Это и понятно: ведь в своих действиях они по-прежнему

    руководствовались интересами извлечения прибыли. Поэтому, несмотря

    на формальное согласие с предложениями Г. Гувера, которое было дано

    представителями деловых кругов в ходе ноябрьских совещаний 1929 г.,

    сокращение производства, увольнения и снижение заработной платы ра-

    бочих осуществлялись периодически то в одной, то в другой отраслях

    промышленности. Когда же осенью 1931 г. началось новое углубление

    экономического кризиса, «Стальной трест» и другие гиганты монополи-

    стического бизнеса официально заявили о намерении значительно сни-

    зить ставки заработной платы, а их примеру не замедлили последовать

    и остальные капиталисты. Подводя итоги курса на «добровольную коо-

    перацию» бизнеса, орган деловых кругов в сентябре 1931 г. недвусмыс-

    ленно   заявил,   что   этот   «эксперимент   окончился   полным   крахом»27.

    В условиях кризиса с еще большей силой проявилась антинародная,

    промонополистическая сущность идеологии «твердого индивидуализма»,

    проповедовавшейся лидерами республиканской партии. И президент Гу-

    вер, и такие видные члены его кабинета, непосредственные представите-

    ли монополистической элиты, как министр финансов Э. Меллон и ми-

    нистр торговли Р. Ламонт, предпринимали энергичные попытки стиму-

    лировать частнопредпринимательскую инициативу и координировать

    действия бизнеса с тем, чтобы помочь ему с наименьшими потерями пе-

    ренести трудные времена. В то же время они категорически отвергали

    любые предложения о государственной помощи безработным и особенно

    о введении федеральной системы социального страхования. В лучшем

    случае деятели республиканской администрации соглашались с тем, что

    в экстраординарных условиях кризиса для помощи безработным могут

    быть    частично    использованы    средства    муниципалитетов    и    штатов.

    Обычно же они возлагали эти функции исключительно на частную бла-

    готворительность. «Основой успешных действий по облегчению последст-

    вий национального бедствия,— говорилось, например, в заявлении Гуве-

    ра в феврале 1931 г.,— является мобилизация усилий многочисленных

    агентств самопомощи на местном уровне. Таков американский путь

    борьбы с лишениями среди народа, и страна успешно решает сейчас

    стоящие  перед  ней  проблемы именно  этим,   американским  путем»28.

    «ГУВЕРОВСКИБ ТРУЩОБЫ»

    (Середина 30-х годов, г. Сиэтл, штат Вашингтон)

    Прямым издевательством над страданиями народа звучали рассуж-

    дения президента о «нецелесообразности» непосредственной помощи без-

    работным со стороны федерального правительства, поскольку, мол, она

    «подорвет веру населения в собственные силы» и «ослабит стойкость

    индивидуального характера американцев» 29.

    Исходя из общего принципа ограничения функций федерального

    правительства координацией действий различных социальных групп,

    президент Гувер в 1930—1931 гг. создал один за другим два консульта-

    тивных комитета по вопросам занятости. Но перед этими органами не

    ставилось каких-либо конкретных задач по реальной борьбе с безрабо-

    тицей. Они могли лишь обращаться к предпринимателям, благотвори-

    тельным организациям и местным властям с призывами активизировать

    меры помощи безработным. Никаких позитивных результатов эти при-

    зывы, разумеется, не дали.

    Не выдвигали какой-либо альтернативы курсу республиканцев и

    лидеры демократической партии, которая в результате промежуточных

    выборов 1930 г. значительно упрочила свои позиции в обеих палатах

    конгресса. Напротив, группа ведущих деятелей демократической партии

    поспешила еще раз заверить президента Гувера в лояльности и в том,

    что они полностью поддерживают политический курс республиканского

    правительства30.

    Вся практическая деятельность правительства Гувера в сфере помо-

    щи безработным свелась к организации в небольших размерах общест-

    венных работ, а также к поощрению стихийно возникшего плана «раз-

    деления работы», т. е. к распространению системы частичной занятости

    на всех рабочих, числившихся до наступления кризиса в той или иной

    отрасли промышленности. Более смелые планы государственной помощи

    безработным, которые не раз выдвигались в конгрессе группой прогрес-

    сивных республиканцев и некоторыми левыми демократами, системати-

    чески отвергались. Даже в феврале 1932 г., в период сильнейшего обост-

    рения кризиса, конгресс отверг законопроект сенаторов Р. Лафоллетта-

    младшего и Э. Костигана об ассигновании федеральным правительством

    375 млн. долл. и о выдаче за счет этих средств прямых денежных посо-

    бий безработным31. Только в июле 1932 г., в обстановке избирательной

    кампании, был наконец принят закон, который предусматривал выделе-

    ние 300 млн. долл. федеральных средств властям штатов для оказания

    непосредственной денежной помощи безработным. Конгресс дал также

    санкцию израсходовать 322 млн. долл. на займы штатам в целях орга-

    низации общественных работ 32.

    Подписав этот акт, президент Гувер в какой-то степени признал

    крах своего курса на частнопредпринимательские и муниципально-бла-

    готворительные методы решения проблемы безработицы. Однако размеры

    ассигнований, предусмотренных июльским законом 1932 г. на помощь

    безработным, были совершенно недостаточны для сколько-нибудь серьез-

    ных попыток преодоления страшного социального бедствия. К тому же

    республиканская администрация не спешила реализовать даже эти

    скромные средства, выделив на указанные цели до конца 1932 г. всего

    лишь   около   30   млн.   долл.33   Это   была   буквально   капля   в   море.

    Не отвечала требованиям момента и аграрная политика правительст-

    ва Гувера. Правда, под давлением фермерства специальная сессия конг-

    ресса еще в июне 1929 г. приняла закон о сбыте сельскохозяйственных

    товаров. На основании этого закона было создано специальное прави-

    тельственное агентство — Федеральное фермерское управление, которое

    поставило своей задачей помочь фермерам добиться стабилизации сель-

    скохозяйственного рынка. На осуществление этих целей было ассигнова-

    но 500 млн. долл.34 В соответствии с официальным курсом республи-

    канской администрации на координацию усилий заинтересованных

    социальных групп фермерское управление в первые месяцы своей дея-

    тельности  пыталось  ограничиться  лишь  поощрением  сельскохозяйствен-

    ной кооперации: помощью фермерам в создании отраслевых коопера-

    тивных центров и выдачей займов тем фермерским кооперативам, кото-

    рые соглашались временно не выбрасывать имеющиеся у них запасы

    продукции на рынок,  чтобы не  допустить слишком  сильного  сезонного

    падения цен35.

    Новое  углубление  аграрного  кризиса,  связанное  с  начавшимся  спа-

    дом   промышленного   производства,   заставило   фермерское   управление

    перейти  к   более   решительным   действиям   и   начать   непосредственную

    скупку сельскохозяйственных товаров. Для этой цели в феврале 1930 г.

    была учреждена Зерновая стабилизационная корпорация, а в июне того

    же года - Стабилизационная корпорация по хлопку. Активные операции

    управления и созданных при нем стабилизационных корпораций продол-

    жались  более  года - до  середины  1931  г.  К  этому времени  на  прави-

    тельственных  складах  скопились  огромные   запасы:   257 млн.   бушелей

    пшеницы и 1,3 млн. кип хлопка38. Израсходовав в короткий срок поч-

    ти все отпущенные  ему средства,  Федеральное фермерское управление

    принесло немалые выгоды верхушке крупного фермерства и монополи-

    стическим посредническим фирмам, в руках которых была сосредоточе-

    на большая часть товарной продукции сельского хозяйства.  Но выпол-

    нить  главную   задачу - добиться  повышения  цен - ему  так  и  не  уда-

    лось   Напротив   сосредоточение  крупных товарных запасов  на складах

    управления все  время оказывало  сильное  деморализующее влияние  на

    сельскохозяйственный рынок. Когда же во второй половине 1931 г. фер-

    мерское управление  прекратило  закупки и,  неся  колоссальные убытки,

    начало  массовую  распродажу накопленных им товаров, это привело  к

    полнейшей   дезорганизации   аграрного   рынка,   а   следовательно,   к   еще

    большему ухудшению положения основной массы фермеров,

    Правительство   Гувера   долгое   время  не   предпринимало   каких-либо

    мер государственного регулирования и в таких высокомоаополизировап-

    ных отраслях американской экономики, как промышленность и банков-

    ско-финансовая система. Оно продолжало взятый осенью 1929 г. курс на

    поощрение частнопредпринимательской инициативы,  не считая возмож-

    ным   проведение   реформ,   выходящих   за   рамки   индивидуалистической

    философии. Однако там, где речь шла об интересах крупного капитала,

    Г   Гувер и другие руководители республиканской партии давали гораздо

    более расширительное толкование догматов  «твердого индивидуализма»,

    чем. например, в политике по отношению к рабочему классу, где любые

    требования государственной помощи безработным отвергались с порога.

    Сразу же после ноябрьских совещаний 1929 г. правигельство в тес-

    ном сотрудничестве с бизнесом предприняло ряд энергичных мер по сти-

    мулированию деловой активности, и в частности по реализации програм-

    мы капитального строительства. В 1930-1931 гг. общая сумма контрак-

    тов   на   строительство   составила   около   7,5   млрд.   долл.,   из   которых

    более   3   млрд.   приходилось   на   долю   различных   правительственных

    агентств на местах или на федеральном уровне   .

    Осенью 1931 г. наступил новый этап финансово-экономической поли-

    тики республиканской администрации. Резкое ухудшение хозяйственной

    конъюнктуры, новое углубление кредитно-финансового кризиса, уча-

    стившиеся крахи крупных банков — все это заставило правительство

    Гувера отступить от канонов «твердого индивидуализма» и перейти к

    прямому субсидированию монополий. В октябре 1931 г. Г. Гувер высту-

    пил с инициативой создания Национальной кредитной корпорации с

    капиталом в 500 млн. долл., который предполагалось собрать за счет

    добровольных взносов банковских групп. Однако владельцы крупнейших

    банков вовсе не намерены были расходовать средства на помощь своим

    коллегам, попавшим в затруднительное положение. Тогда на спасение

    монополистических финансовых учреждений, оказавшихся перед угрозой

    краха, были брошены крупные государственные фонды.

    В январе 1932 г. конгресс принял закон об основании Реконструктив-

    ной финансовой корпорации (РФК) с первоначальным капиталом в

    2 млрд. долл., который затем несколько раз увеличивался за счет новых

    бюджетных ассигнований. До марта 1933 г., т. е. до истечения срока

    полномочий гуверовской администрации, РФК распределила субсидий и

    займов на 2,1 млрд. долл. Более 2/з этой суммы попало в руки банков,

    страховых и ипотечных компаний, железнодорожных фирм и других

    монополистических кредитно-финансовых учреждений. На долю же мил-

    лионов рабочих и фермеров достались лишь жалкие крохи. По справед-

    ливому замечанию американского историка С. Морисона, «РФК мало

    что дала тем, кто больше всего нуждался в помощи» 38.

    Отдельные меры социально-экономической политики правительства;

    Гувера и особенно деятельность РФК были наглядным свидетельством

    того, что в период экономического кризиса 1929—1933 гг. в США вновь

    начали усиливаться государственно-монополистические тенденции. Кри-

    зис оказался важнейшим катализатором ускорения процесса перераста-

    ния монополистического капитализма в государственно-монополистиче-

    ский. Однако пока у власти находилась республиканская администрация

    с характерной для нее философией индивидуализма, эти тенденции об-

    наруживались лишь эпизодически, а главное, проявлялись прежде всего

    в форме государственного субсидирования монополий, а не в форме не-

    посредственного экономического регулирования. К тому же они почти

    совершенно  не  распространялись  на   сферу  социальных  отношений.

    Правительство Гувера не сумело, следовательно, подняться до осо-

    знания необходимости полного разрыва с индивидуалистической идеоло-

    гией и перехода к новым, государственно-монополистическим принципам

    решения экономических и социальных проблем. Но именно этого настоя-

    тельно требовали и объективный ход социально-экономического развития

    Соединенных Штатов в эпоху общего кризиса капитализма, и конкрет- .

    нал обстановка в стране в начале 30-х годов, поставившая перед правя-

    щими кругами США насущную задачу спасения и укрепления капита-

    листических устоев, потрясенных до основания ударами «великого кри-

    зиса».

     

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 108      Главы: <   29.  30.  31.  32.  33.  34.  35.  36.  37.  38.  39. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.