1. РАЗВИТИЕ ИСТОРИЧЕСКОЙ НАУКИ В КОНЦЕ XIX— НАЧАЛЕ XX В. - ИСТОРИЯ США. Т.2 - Автор неизвестен - История США - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


История Киевской Руси
История Украины
Методология истории
Исторические художественные книги
История России
Церковная история
Древняя история
Восточная история
Исторические личности
История европейских стран
История США

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 105      Главы: <   94.  95.  96.  97.  98.  99.  100.  101.  102.  103.  104. > 

    1. РАЗВИТИЕ ИСТОРИЧЕСКОЙ НАУКИ В КОНЦЕ XIX— НАЧАЛЕ XX В.

    Социально-политические процессы, связанные с перерастанием домо­нополистического капитализма в монополистический, рост классовых кон­фликтов во многом предопределили сдвиги в общественной мысли США. Идеалистический романтизм с его умозрительной теорией был слабой опорой   для   решения   новых   острых   и   сложных   социальных   проблем.

    С другой стороны, научно-технический прогресс усиливал, по выра­жению В. И. Ленина, «ток от естествознания к обществоведению». Осо­бенно популярными в США становятся работы Ч. Дарвина. Все эти об­стоятельства подтолкнули к усвоению европейской позитивистской фило­софии. Позитивизм во всех его формах откликался на главный запрос буржуазной идеологии этого времени — на стремление отвергнуть рево­люционное понимание исторического процесса, но при этом попытаться приспособиться к успехам научного мышления. Отсюда слияние ряда по­ложительных элементов позитивизма с консервативными: признание за­кономерности исторического развития и механистическое истолкование этой закономерности (перенесение естественнонаучных законов на раз­витие общества); утверждение идеи органической эволюции и односто­роннее понимание историзма — отрицание революционных скачков в ис­тории; обращение к социально-экономической тематике, объяснение исто­рического процесса с помощью теории «равноправных факторов».

    В конце XIX в. пришла в упадок господствовавшая в течение полуве­ка в буржуазной историографии США так называемая «ранняя» (роман­тическая) школа, важнейшей чертой которой был провиденциализм. Ве­дущее место заняли направления, в той или иной мере испытавшие влияние позитивистской социологии. Американская историческая мысль оставалась в этот период еще достаточно провинциальной, и восприня­тые ею европейские идеи порой упрощались и огрублялись. Так, одним из первых американских позитивистов был историк и естествоиспыта­тель Дж. Дрэпер. Применяя географическую теорию англичанина Бокля к объяснению гражданской войны, Дрэпер видбл причины возникнове­ния рабства на Юге США исключительно в жарком климате. Б. Адамc в книге «Закон цивилизации и упадка» (1895) вслед за французским со­циологом Контом положил в основу своей исторической концепции зако­ны физики.

    Шумно и напористо выступили историки, получившие образование в университетах Германии и Великобритании и ставшие ядром так назы­ваемой англосаксонской школы. Один из них, Дж. Фиске, писал: «Рево­люция, которая происходит в исторической науке начиная с середины XIX в., также решительна и всеобъемлюща, как революция, свершившая-

    ся под влиянием учения Дарвина в биологии» 1. Для историков этой школы, помимо овладения критическими приемами анализа источников, характерно видение «социальной эволюции» исключительно в развитии политических учреждений. Существенной же особенностью либерально­го крыла позитивистской историографии (во главе с Ч. Бирдом) был по­ворот к изучению социальной и экономической проблематики.

    Рассматриваемый период в американской буржуазной историографии ознаменовался заметным прогрессом исторических знаний. Прежде всего выросла источниковая база и значительно улучшилась методика обра­ботки источников. В этом, несомненно, сказалось воздействие позитивиз­ма с его стремлением к тщательной проверке и накоплению точных фак­тов. Начали переиздаваться на более научной основе «Протоколы феде­рального конвента 1787 г.»; «Протоколы Континентального конгресса»; документы видных политических деятелей революции Дж. Вашингтона, Т. Джефферсона и др. По постановлению конгресса была предпринята публикация документов федеральной и конфедеративной армий и фло­та времен гражданской войны 1861 — 1885 гг.2 Увеличивалась сеть биб­лиотек, а также их фонды. Гарвардская библиотека насчитывала к концу XIX в. около 5,5 млн. книг и брошюр, в 1895 г. открылась Нью-Йорк­ская публичная библиотека.

    После гражданской войны в ведущих университетах страны начали читать лекции по истории и проводить семинарские занятия, где изуча­лась методика работы с источниками. Немалое значение имели поездки в Европу и обучение там американских студентов, особенно в Германии. По возвращении в США многие из них возглавили кафедры истории или политических наук в ведущих университетах: Г. Б. Адаме — в универ­ситете Джонса Гопкинса, Дж. Барджесс — в Колумбийском, А. Уайт — в Корнеллском и т. д. Написание исторических работ уже не было, как прежде, делом литератора, занятие историей сделалось профессией. В 1884 г. была создана Американская историческая ассоциация. Она по­лучила поддержку правительства, ее отчеты публиковались в официаль­ных изданиях конгресса. К концу XIX в. ассоциация объединяла и коор­динировала деятельность около 200 местных исторических обществ, с 1895 г. издавала журнал «Америкэн хисторикал ревыо».

    Историческая наука расширила поле деятельности как вследствие ов­ладения новыми источниками и специализации научной работы, так и под влиянием общественно-политической борьбы. Главными темами изу­чения стали: колониальная история, война за независимость, граждан­ская война; в специальные отрасли выделились экономическая история, дипломатическая. Важной предпосылкой создания обобщающих трудов была разработка истории отдельных районов. Так, исследования Г. Бэн-крофта по истории западных штатов 3 содержали огромный материал о быте и нравах запада Северной Америки, испытавшего влияние испан-

    ской культуры. Достижением исторической науки было появление иссле­дования Л. Моргана по истории первобытного общества. Изучая жизнь индейцев, Морган высказал мысль об универсальности пути развития че­ловеческого общества от материнского рода к отцовскому и привел важ­ные факты об историческом характере возникновения частной собствен­ности. Ф. Энгельс в классической работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства» опирался на фактический материал книги Л. Моргана «Древнее общество»  (1877).

    Доминировавшая в изучении колониального периода англосаксонская школа обладала рядом черт, связанных с особенностями ее формирова­ния. Многие американские студенты, уезжавшие учиться в Европу, за­имствовали в семинарах немецких университетов не только более совер­шенную методику обработки источников, но и шовинистические идеи. Господствовавшая в конце XIX в. в немецкой историографии школа Зи-беля — Трейчке считала германцев якобы носителями идей «индивиду­альной свободы» и решающей силой европейской истории начиная с па­дения Римской империи. Большое влияние на формирование англосак­сонской школы оказал также английский историк Э. Фримен. Фримен односторонне применил методы сравнительной филологии к истории поли­тических учреждений. С помощью «сравнительной политики» он рассмат­ривал политические институты вне вызвавших их к жизни социально-экономических условий, выдвинув формулу: «История — это политика в прошлом, политика — история в настоящем».

    Центром нового направления стал университет Джонса Гопкинса в г. Балтимор, а его энергичным пропагандистом — Герберт Б. Адаме. Его семинары были самыми многолюдными в США. Он ставил целью вы­яснить генеалогию американских политических учреждений, найти в ко­лониальной Америке связующее звено с древнегерманской племенной ор­ганизацией. В работах «Саксонская десятина в Америке», «Германское происхождение городов Новой Англии» 4 и др. Адаме сопоставлял поли­тические организации и земельные отношения пилигримов Новой Анг­лии и древних германцев. Он привел факты, показывавшие, что в ранних колониальных поселениях Америки сохранялись отдельные элементы сельской общины, сделал интересные наблюдения об управлении пури­танскими колониями. Однако расширительно истолковывая эти вполне определенные свидетельства источников, Адаме пришел к выводу о «по­литическом родстве», идущем от «расовой общности» американских пу­ритан с древними германцами. Подобные идеи развивали и другие исто­рики англосаксонской школы: Дж. Фиске, Дж. Барджесс, Дж. Госмер. Ряд историков этой школы выступили с призывами к империалистиче­ской экспансии, провозгласили «право» и «обязанность» США распро­странить свои политические учреждения далеко 3"а пределы страны.

    Важное место в изучении колониальной истории США и войны за независимость заняла в начале XX в. так называемая «имперская шко­ла». Историки Г. Осгуд, Дж. Бир 5 и другие произвели существенный по-

    ворот в трактовке войны за независимость, далеко отойдя от концепции Дж. Бэнкрофта, рисовавшей борьбу пробудившейся в колониях свободы против британской тирании. Исходная посылка «имперской» концепции революции состояла в том, что последнюю нельзя понять и оценить в рамках американской истории. Рассматривая американские колонии прежде всего как часть «организма» Британской империи, представители этой школы в обширных экскурсах в глубь истории весьма детально проанализировали политические и административные аспекты взаимоот­ношений метрополии и колоний. Хотя историки «имперской школы» пря­мо не осуждали войну за независимость, тем не менее сузили основы и значение революции, поставили под вопрос ее неизбежность. Они утвер­ждали, что главная причина войны за независимость лежала в несоот­ветствии динамичного роста колоний окостенелой структуре британской колониальной системы и предоставление им статуса доминиона могло бы предотвратить восстание в Америке.

    В последней четверти XIX в. проблемы гражданской войны продол­жали занимать видное место в американской историографии. Хотя еще сказывалось размежевание между историками-северянами и защитника­ми «проигранного дела» из числа бывших южных конфедератов, до­стигнутое под руководством крупного капитала Севера «национальное единство» требовало своего оформления в идеологии. Признание положи­тельного значения отмены рабства заняло прочное место в работах бур­жуазных историков. Вместе с тем началось переосмысление гражданской войны, которое проявилось в более примирительном отношении к контр­революционному мятежу рабовладельцев.

    Эти черты буржуазной историографии особенно рельефно отразил Дж. Родc. Его труд «История Соединенных Штатов от компромисса 1850 г.»6 —первая детальная политическая история США периода гражданской войны. Влияние позитивизма сказалось в его работе глав­ным образом в применении критических приемов анализа источников и «объективизме». Он полнее осветил многие события войны: восстание Джона Брауна, выступление народных масс Севера против «конституци­онной» войны. Родсу представлялась очевидной необходимость уничтоже­ния рабства. Вместе с тем для Родса характерен отход от принципиаль­ных прогрессивных исторических оценок первых буржуазных исследова­телей гражданской войны (Г. Грили, Дж. Дрэпер). Он развивал идеи о том, что многие действия радикальных республиканцев и правительства Линкольна, способствовавшие развязыванию революционной активности американского народа, были ошибочны. Ряд традиций рабовладельческого Юга включались Родсом в национальные. Он восторженно писал о стой­кости солдат рабовладельческой Конфедерации и военном искусстве ге­нералов Ли и Джексона, изображал Юг «единым» и оказался не в со­стоянии оценить вклад негритянского народа в уничтожение рабства. Оценкам Родса следовали многие историки: В. Вилсон, Ф. Чендлер и др.

    Переосмысление с консервативных позиций второй Американской ре­волюции особенно отчетливо сказалось на освещении нисходящего ее этапа — Реконструкции (1865—1877 гг.). Широкое признание в буржуаз­ной историографии получили положения работы У.  Даннинга   «Полити-

    ческая и экономическая Реконструкция» 7. Главный положительный ре­зультат Реконструкции Даннинг видел не в борьбе за демократизацию вчерашнего рабовладельческого Юга, не в успехах только что вышедшего из рабства негритянского народа, а в компромиссе 1877 г., знаменовавшем «национальное примирение», консолидацию господствующих классов США Севера и Юга. Искажение борьбы негров за землю и гражданские права было также во многом продиктовано расистскими предрассудками автора.

    К XX в. в США набрал силу буржуазный экономизм в историогра­фии. По своей политической ориентации он был близок к позиции бур­жуазно-реформистских кругов. В новых условиях часть буржуазных идеологов и ученых стремились более пристально вглядеться в матери­альные основы возмущения масс, найти средства смягчения классового конфликта. Историки экономического направления дали в своих трудах плодотворную постановку отдельных исторических проблем, их деятель­ность способствовала разработке социально-экономических сюжетов. Од­нако историки-«экономисты» остались чужды научного понимания общественно-экономических процессов: развитие экономики и обмена рас­сматривалось ими вне зависимости от производственных отношений; классовое деление общества подменялось классификацией по отраслям хозяйства, «экономическим группам».

    Один из самых видных зачинателей экономического направления в США, Ф. Тернер, выдвинул тезис о колонизации Запада как основной движущей силе в истории США8. В работе «О значении границы в аме­риканской истории» (1893) он писал: «Вплоть до наших дней история Америки является в значительной степени историей колонизации Вели­кого Запада. Существование пространства свободной земли, его постепен­ное медленное сокращение и продвижение населенной полосы (границы) на Запад объясняют развитие Америки» 9. Тернер подчеркивал влияние новых естественных условий («окружения»), в которые попадали посе­ленцы, как фактора, преобразовывавшего старые европейские идеи, тра­диции и учреждения в американские. Он утверждал, что демократия не была привезена в Виргинию на борту «Сары Констант» или «Мейфлауэ-ра» в Плимут, а «вышла из американского леса».

    Сам факт привлечения внимания исследователей к проблемам соци­ально-экономического развития имел немаловажное значение. Однако эти вопросы не получили у Тернера правильного решения. Существенным пороком концепции Тернера был ее географический детерминизм. С дру­гой стороны, Тернер искусственно разорвал тенденцию развития капита­лизма вширь и вглубь, абсолютизировав первую из них. Развитие капи­тализма вширь, связанное с заселением и освоением новых территорий, он   изобразил   как   основной,   определяющий процесс в истории США.

    Наиболее последовательно буржуазный экономизм разработан в тру­дах Ч. Бирда 10. Если по схеме Тернера буржуазная демократия рожда-

    лась в условиях якобы имевшей место социальной гармонии американ­ского Запада, то, по утверждению Бирда, это происходило в условиях острых столкновений «экономических групп», обладавших различными видами собственности, прежде всего аграрных и промышленных инте­ресов.

    В разгар предвоенного политического кризиса в США крупным собы­тием стало появление исследования Бирда «К экономическому объясне­нию конституции США» и. Он показал, что последняя была не плодом «эпохи социальной гармонии», не результатом свободного волеизъявления масс, а выросла на базе значительного неравенства, как итог деятельно­сти представителей торгово-денежных интересов, стремившихся извлечь из нее вполне реальные материальные выгоды.

    Разоблачения Бирда вызвали широкий резонанс и были восторженно встречены участниками прогрессистского движения. Однако нарисованная им картина создания конституции была далека от исторической действи­тельности. В духе буржуазного экономизма он подменял классовое строе­ние общества делением на «экономические группы». В результате борьбу вокруг принятия конституции Бирд интерпретировал как столкновение «движимой» и «недвижимой» собственности. В лагерь поборников новой конституции он зачислил буржуазию Севера, ее противниками называл «аграриев» (плантаторы и фермеры) Севера и Юга. Эта схема вступала в противоречие с ценным, впервые поднятым Бирдом конкретным мате­риалом, борьба «экономических интересов» не совпадала с реальными ли­ниями классового конфликта, затушевывала активную позицию трудя­щихся масс.

    В общем потоке буржуазного экономизма развивались и буржуазно-реформистские концепции истории американского рабочего движения. Их существом были теория «исключительности» США и сведение в духе Гомперса классовой борьбы к борьбе экономической, за лучшие условия продажи рабочими своей рабочей силы. В этом русле началась деятель­ность висконсинской школы, во главе которой стоял профессор Вискон-синского университета Дж. Коммонс. Первым шагом висконсинцев яви­лось опубликование «Документальной истории американского индустри­ального общества» 12 — по существу огромной коллекции документов по истории рабочего движения, подбор которых диктовался отмеченными тенденциями.

    На рубеже XX в. зародилась прогрессивная американская историо­графия эпохи империализма, истоки которой лежат в боевой антиимпе­риалистической публицистике времени испано-американской войны 1898 г. и острой антитрестовской критике «разгребателей грязи». Отражая воз­мущение широких слоев народа растущим засильем монополий, они с позиций laissez faire яростно атаковали тресты, их махинации, продажность партийно-политических машин. Более вдумчивые критики стремились за­глянуть в глубь десятилетий в поисках корней этих явлений.

    Одним из первых «разгребателей грязи» стал Г. Д. Ллойд. В книге «Богатство против общества» 13 он показал поистине криминальные ме­тоды, с помощью  которых возвысился нефтяной трест  «Стандард ойл».

    В работе Дж. Бриджа была описана история «Стального треста» Карне-ги 14. Большую известность получил труд Г. Майерса «История крупных американских богатств» 15. Источниками обогащения американских муль­тимиллионеров — Асторов, Гульдов, Вандербилтов и других автор назы­вал грабеж индейцев, обман казны поставками негодных военных мате­риалов, расхищение государственных земель и т. п. Все это были не просто публицистические работы, но документированные исследования. Они закладывали основы радикального направления в историографии США.

    К ней примыкает и формирующаяся прогрессивная негритянская ис­ториография, наиболее яркой фигурой которой был У. Дюбуа. В 1903 г. вышла его кь\ига «Души черного народа» 16, где была нарисована страш­ная картина положения негров в США: террор куклуксклановских банд, цветные барьеры, полное политическое бесправие. В работах «Отмена африканской торговли», «Джон Браун» Дюбуа подчеркнул значение вос­станий Габриэла, Д. Вези, Н. Тернера 17. Дюбуа воссоздал светлый об­раз Дж. Брауна, искаженный буржуазной историографией. В исследова­тельских статьях Дюбуа наметил основные направления пересмотра гос­подствовавших расистских истолкований эры Реконструкции. 20 лет спустя они получили развитие в фундаментальном исследовании «Черная Реконструкция».

    Пионерами марксистской историографии в США стали соратники Маркса и Энгельса и видные деятели социалистического движения. Бла­готворное влияние на складывание марксистского направления оказали публицистические выступления Д. Де Леона и Ю. Дебса. Они развивали исторические взгляды, полные оптимистического мироощущения, веры в прогресс, в неизбежность гибели эксплуататорского общества. Де Леон подчеркивал формирование материальных предпосылок революций, беру­щих начало «в скалистом ложе материальных нужд». Он рисовал восхо­дящую линию развития американского рабочего класса. Дебс в большей мере, чем Де Леон, почувствовал революционно-демократические тради­ции американского народа, рожденные великими социальными битвами прошлого. Он писал: «социалистическое движение в союзе с силами про­гресса: мы сегодня то, чем были аболиционисты в 1858 г.» 18.

    Серьезное значение имел труд ветерана рабочего движения Ф. А. Зор-те «Рабочее движение в Соединенных Штатах» 19. Книга представляла первый опыт переосмысления с марксистских позиций ряда важных об­щественно-исторических процессов в США. Зорге ярко иллюстрировал из­вестное положение Маркса о том, что капитализм всем ходом развития создает своего могильщика — пролетариат, показывая нарастание клас­совых антагонизмов в США.

    В содружестве с Зорге работал Г. Шлютер (так же как Зорге — не-мецкий социалист, иммигрировавший в США). Его работы «Начало не-

    мецкого рабочего движения в Америке», «Линкольн, труд и рабство» 20 были направлены прежде всего против реформистских концепций, пы­тавшихся свести историю рабочего движения в США исключительно к тред-юнионистской борьбе. Шлютер весьма подробно остановился на уча­стии американского рабочего класса в борьбе против рабства, особо под­черкнув роль немецких социалистов, иммигрировавших в США. Он пока­зал интернациональную помощь английских рабочих. Монография Шлю-тера «Интернационал в Америке» (1918) —по существу первая попытка с научных позиций рассмотреть деятельность различных социалистиче­ских групп в США, в 1876 г. объединившихся в Социалистическую рабо­чую партию.

    Таковы основные тенденции развития американской исторической науки в начале эпохи империализма. Следующий этап американской ис­ториографии — период развертывания методологического кризиса буржу­азной историографии и развитие марксистской идеологии — связан с по­бедой Великой Октябрьской социалистической революции и наступлением общего кризиса капитализма.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 105      Главы: <   94.  95.  96.  97.  98.  99.  100.  101.  102.  103.  104. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.