3. ОТНОШЕНИЯ С РОССИЕЙ - ИСТОРИЯ США. Т.2 - Автор неизвестен - История США - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


История Киевской Руси
История Украины
Методология истории
Исторические художественные книги
История России
Церковная история
Древняя история
Восточная история
Исторические личности
История европейских стран
История США

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 105      Главы: <   27.  28.  29.  30.  31.  32.  33.  34.  35.  36.  37. > 

    3. ОТНОШЕНИЯ С РОССИЕЙ

    Экспансия американских монополий затронула и территории Русского Дальнего Востока и Сибири. Обособленная от центра империи бездорожь­ем и значительным расстоянием, дальневосточная окраина России, одна из наиболее бесправных и угнетенных в условиях царизма, стала заман­чивым объектом эксплуатации со стороны иностранных торговцев и зве­ропромышленников. Экспансия американских капиталистов в Чукотском и Охотско-Камчатском крае приняла форму незаконных промыслов в российских территориальных водах и на побережье. После продажи Аля­ски и упразднения Российско-американской компании браконьерство иностранцев в русских владениях значительно усилилось, особенно на побережье Берингова и Охотского морей и в районе Командорских остро­вов. На Дальнем Востоке развернулась «незаконная... эксплуатация бе* регов обоих наших морей, сначала американцами и канадцами, а потом и всеми теми, кому не лень было воровски и легко наживать капиталы»,— отмечал генеральный консул России в Сан-Франциско А. Е. Оларов-ский 34.

    Хотя некоторые пойманные на месте преступления иноземные шхуны власти время от времени подвергали аресту, а добычу конфисковывали 35, масштабы противозаконного промысла в русских водах в этот период не сокращались, а даже увеличивались. В США возникли специальные кон­торы («Мебер энд К°», «Мак-Кэн энд К0», «Бешторес энд К0», «Лиыден энд К0» и др.), которые направляли десятки шхун к тихоокеанским бе­регам России. Прибывавшие на них зверобои промышляли варварскими методами и, употребляя запретное в морской охоте огнестрельное ору­жие, «губили зверей в пять раз более того, что успевали взять на свои суда» 36.

    Авантюристы, используя пассивность самодержавного правительства, видели в браконьерстве и обманной торговле с местным населением по­бережья прибыльный бизнес. Владелец торгового дома в Сан-Франциско Мак-Кэн все состояние нажил именно на противозаконной торговле с жи-

    телями Чукотского края. Мак-Кэн, а также фирмы «Райт энд Баун», «Гриффинс энд К0», «Линден энд К°» и другие развернули на Чукотке своего рода меновую торговлю, носившую грабительски неэквивалентный характер. Американские контрабандисты привозили на Чукотку, Камчат­ку и в другие районы России главным образом виски и ром. Разбавляя спиртное водой и настаивая его на табаке и перце, они сбывали этот дурманящий напиток, заполучая ценные меха соболя, чернобурой лиси­цы, морского котика, голубого песца 37. «На Чукотке, Камчатке, Охот­ском побережье почти безраздельно,— отмечали советские ученые,— гос­подствовали американские бизнесмены и авантюристы, которые, исполь­зуя слабость и немощность местной администрации, применяли изощрен­ные приемы грабежа местных жителей под видом обменной торговли» 38.

    Команды заокеанских браконьерских и контрабандистских шхун, по­сылаемых к берегам России, часто состояли из уголовников и людей авантюристического склада. Поимка их на месте преступления, естествен­но, сопровождалась конфликтами. Между соответствующими ведомствами по иностранным делам завязывалась переписка. Причем далеко не всегда представители сторон могли скрыть раздражение. Когда споры со шки­перами и хозяевами некоторых браконьерских шхун передавались на ар­битраж, американские дельцы возбуждали встречные иски. Разговоры и межведомственная переписка о необходимости усиления охраны Дальне­восточного побережья велись в Петербурге не одно десятилетие39, но серьезных мер практически не предпринималось. Царское правитель­ство не находило средств 40, чтобы обеспечить неприкосновенность даль­невосточных границ России, а изредка посылаемый в Охотское и Берин­гово моря одинокий крейсер не в состоянии был эффективно охранять территориальные воды вдоль береговой линии, протянувшейся на многие тысячи морских миль.

    Кроме того, заинтересованность в поддержании хороших отношений с США в период русско-турецкой войны 1877—1878 гг. побуждала петер­бургских министров закрывать глаза на вторжение американских капита­листов в дальневосточные владения России. При этом учитывалось, что значительная группа заокеанских дельцов пользовалась особым покро­вительством госдепартамента США. Когда зимой 1876/77 г. стало извест­но, что Тихоокеанская эскадра России вместе с судами Сибирской фло­тилии взяла курс на Сан-Франциско, американские зверопромышленники ринулись к оставшемуся без охраны русскому побережью41. Рассчиты­вая на использование портов США в качестве опорных баз для ведения крейсерской войны против британских торговых судов в случае вмеша­тельства Англии в русско-турецкий конфликт, царское правительство не только не дало отпора такому нашествию дельцов с побережья США,

    нo и санкционировало по просьбе госдепартамента предоставление им временных льгот 42.

    Безнаказанность, а тем более льготы лишь поощряли американских любителей легкой наживы и авантюристов. Их действия распространя­лись на новые районы российской территории и становились все откро­веннее. Браконьеры из Нового Света уже не стеснялись высаживаться близ населенных пунктов России и вступать в перестрелку с коренными жителями. Побывавший на Дальнем Востоке в конце XIX в. горный ин­женер н путешественник К. А. Скальковский свидетельствовал: «Ни для кого не составляет тайны, что пушные звери убиваются на берегах, при­надлежащих России, убиваются без пощады и без расчета или за бесце­нок вымениваются у населения, спаиваемого дрянным спиртом» 43.

    Такого же рода тревожные сообщения поступали в столицу и по официальным каналам из главного управления Восточной Сибири. Все это постепенно убеждало МИД, морское и военное ведомства России, что «американские купцы добиваются права производить каботажную торгов­лю на наших восточных окраинах не для сбыта своих продовольственных припасов и снабжения прибрежных жителей предметами необходимости, а для контрабандной торговли спиртными напитками и для всевозмож­ной эксплуатации местного населения и богатств края» 44. Со временем в высших сферах Петербурга начали склоняться к мнению, что пора бо­лее решительно пресекать вторжения иностранных авантюристов в преде­лы русских владений45. В тех портовых городах, где в основном снаря­жались шхуны браконьеров, в местных газетах был опубликован текст петербургской инструкции крейсерам России о пресечении противозакон­ных действий иностранных судов в территориальных водах и на побе­режье Приморской области Восточной Сибири46. Для захода иностран­ных судов в целях ремонта или пополнения запасов продовольствия был оставлен открытым только порт Петропавловск-Камчатский.

    Политика дружественного нейтралитета, твердая поддержка Севера во время гражданской войны в США и проявленная Россией добрая воля в 60-е годы принесли ей плоды в следующее десятилетие, когда отноше­ния двух стран прошли ряд испытаний на прочность и была внушитель­но продемонстрирована сила вековой традиции дружественного располо­жения и сотрудничества. Во время постигших Россию в 70-е годы гроз­ных внешнеполитических кризисов вашингтонское правительство занима­ло благожелательную к ней позицию.

    В течение нескольких месяцев 1877 г. в американских портах нахо­дилась эскадра боевых кораблей России, а за пять дней до начала рус­ско-турецкой войны 1877—1878 гг. в Вашингтоне президент Р. Хейс дал обед в честь русской военно-морской делегации, на котором присутство­вали ведущие члены правительства США 47. Представители России были окружены вниманием и гостеприимством. Политический эффект от при-

    бытия российских кораблей в порты США и посещения делегацией России Белого дома превзошел всякие ожидания. В Петербурге, сообщал поверенный в делах США уже после начала русско-турецкой войны, остались «в огромной степени довольны сердечной встречей, устроенной... в Соединенных Штатах» 48. В напряженные недели накануне Берлин­ского конгресса 1878 г. правительство США не поддалось сильнейшему нажиму со стороны Великобритании и фактически санкционировало строительство и вооружение новой эскадры крейсеров для России в мо­мент обострения отношений Петербурга с Лондоном.

    Аналогичным образом политический курс на взаимодействие двух стран проявился во время аннексии Гавайских островов Соединенными Штатами. Добиваясь реализации экспансионистских планов, правитель­ство США пыталось использовать в своих интересах англо-русские про­тиворечия. Как считали в госдепартаменте, сдержанное отношение в Пе­тербурге к притязаниям США на Гавайские острова было способно осла­бить вероятные протесты со стороны Англии против американской политики. Когда в США было принято решение окончательно присоеди­нить Гавайи, российское правительство отреагировало в спокойных то­нах, рассчитывая сохранить союзника в лице крепнувшего североамери­канского государства.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 105      Главы: <   27.  28.  29.  30.  31.  32.  33.  34.  35.  36.  37. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.