«Руки прочь от Советского Союза!» или «Руки прочь, Советский Союз!»?  Восприятие СССР немецкими социал-демократами в эмиграции в период Великой Отечественной войны - Запад-Россия-Кавказ. Научно-теоретический альманах - Автор неизвестен - История России - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


История Киевской Руси
История Украины
Методология истории
Исторические художественные книги
История России
Церковная история
Древняя история
Восточная история
Исторические личности
История европейских стран
История США

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 90      Главы: <   60.  61.  62.  63.  64.  65.  66.  67.  68.  69.  70. > 

     «Руки прочь от Советского Союза!» или «Руки прочь, Советский Союз!»?  Восприятие СССР немецкими социал-демократами в эмиграции в период Великой Отечественной войны

    Дмитриева С.И.

    Воронежский государственный университет

    Формирование образа Советского Союза в социал-демократической эмиграционной среде было обусловлено целым рядом факторов и событий. Одной из ключевых дат в этой связи стал день 22 июня 1941г., после которого социал-демократические теории в отношении СССР подверглись существенной корректировке. В данной статье рассматривается эволюция так называемого «русского вопроса» в концепциях четырех крупнейших социал-демократических и социалистических групп: Эмиграционного Правления СДПГ, Международного Социалистического Союза Борьбы, Социалистической Рабочей Партии и группы Ной Бегиннен.

    Правление СДПГ

    Первые комментарии представителей СДПГ к нападению Гитлера на Советский Союз появились в июле 1941г. В одном из набросков Правления констатировалось: «Гитлеровская жажда власти вернула Россию в ряды фронта, в котором она уже была прежде», и теперь Советский Союз борется за элементарные человеческие права, не желая быть подавленным, ограбленным и порабощенным, отстаивает свое право на свободное и цивилизованное развитие. Таким правом, по твердому убеждению Сопаде, обладал и немецкий народ, в борьбе за духовное возрождение которого ведущую роль должны были играть силы демократического социализма – «не только в борьбе против национализма, но и…против всех…враждебных свободе тенденций, из какого бы лагеря они ни исходили» (1).

    То есть, уже в первой реакции представителей Сопаде на события июня 1941г. ясно прослеживалась двойственность позиции: с одной стороны, откровенная радость по поводу присоединения СССР к антигитлеровской коалиции, с другой - опасения чрезмерного роста влияния Советского Союза в рабочей среде, которые пока не высказывались открыто. Подобной двойственностью были обусловлены оценки как Советского Союза, так и немецкого коммунистического движения на протяжении 1941-1945гг.

    Например, в докладе «Возможности и задачи объединенной социалистической партии в Германии», сделанном на собрании «Союза немецких социалистических организаций в Великобритании» (2) 6 декабря 1942г., Эрих Олленхауэр отмечал, что «вопрос старой партийной принадлежности не будет играть роли при создании новой партии. В подполье многие бывшие коммунисты точно так же доказали свою верность убеждениям и надежность, как и бывшие социалисты» (3).

    А в составленном в 1944г. меморандуме «Мы и коммунисты» представители Сопаде заявляли, что на протяжении всей эмиграции придерживались одной и той же позиции в отношении коммунистов, занятой еще в конечный период Веймарской республики: никаких переговоров с КПГ; никакого единого или Народного фронта; никаких совместных акций и общих деклараций. Однако при этом они признавались в наличии контактов между Правлением СДПГ и КПГ, как в конце 1932г. в Берлине, так и теперь в Лондоне. Впрочем, по собственному заявлению социал-демократов, импульсы для подобных контактов всегда исходили со стороны коммунистов, представители Сопаде во время переговоров вели себя пассивно, в обсуждениях с их стороны редко участвовали важные функционеры. Аргументация подобного отношения базировалась на трех тезисах: «а) на…убеждении, что методы и взгляды социал-демократов и коммунистов не подлежат компромиссу в ключевых пунктах; б) на предположении, что коммунисты также убеждены в невозможности достижения компромисса…; в) по этой причине усилия КПГ по созданию единого движения должны маскировать стремление «перехитрить» социал-демократию» (4).

    В итоге составители сообщают о своем твердом намерении продолжать традиционную линию в отношении КПГ, однако, отмечая при этом, что перспективы сотрудничества существуют, только при условии честной игры обеих сторон, без маневров «с намерением установить диктатуру одной партии и, в конечном счете, уничтожить партнера» (5).

    Что касается упрочения мирового статуса Советского Союза с началом коренного перелома в войне, то этот процесс был воспринят представителями СДПГ все с тем же смешанным чувством радости и страха, причем по мере продвижения Советской армии в Европе страх все больше доминировал.

    7 ноября 1942г. группа СДПГ в Великобритании организовала празднование 25-ой годовщины Великой Октябрьской революции. В честь этого события послу СССР в Лондоне было адресовано приветствие, где говорилось, что в истории «Москва, Ленинград, Севастополь и Сталинград будут вечно жить …примерами мужества и героизма миллионов русских мужчин и женщин». Представители СДПГ подтвердили свое намерение оказывать всемерную поддержку борцам с фашизмом (6).

    Празднику предшествовало заседание немецких социал-демократов в Англии, на котором Ханс Фогель выступил с докладом «Социалистическое движение во время и после войны». В нем он также выразил восхищение героизмом советского народа, но при этом призвал не забывать о выдающемся вкладе Англии и Америки. Затем докладчик высказал предположение, что вследствие роста своего престижа Советский Союз может отказаться от Коммунистического Интернационала как дополнительного инструмента своей внешней политики. Однако, он предполагал, что СССР еще не готов к такому шагу, и поэтому необходимо считаться с тем, что «Россия, Коминтерн и примкнувшие к нему партии будут придерживаться…старых принципов и старой практики» (7).

    Последовавший затем роспуск Коминтерна был оценен представителями СДПГ как невеликая жертва, поскольку он более не являлся инструментом внешней политики Советского Союза. По мнению Э. Олленхауэра, Сталин тем самым продемонстрировал свою решимость в вопросе устранения бремени, осложнявшего сотрудничество союзников (8).

    В письме Ф. Штампферу от 4 октября 1944г. Э. Олленхауэр исключал возможность возврата немецких социал-демократов в оккупированную советскими войсками зону, поскольку политическая деятельность под контролем советской администрации представлялась ему невозможной (9). Эта позиция была логическим продолжением точки зрения, высказанной еще в 1941г. в письме Э. Риннеру, где Олленхауэр впервые писал об опасности большевизации восточных немецких земель (10).

    При этом социал-демократы отдавали себе отчет в необходимости поддержания и развития сотрудничества СССР, США и Великобритании, сложившегося в ходе войны. Именно на этом утверждении основан меморандум «Основные направления международной политики», составленный в октябре 1943г «Союзом немецких социалистических организаций в Великобритании». Согласно ему, только при наличии конструктивного сотрудничества можно надеяться на создание единой и свободной Европы (11).

    Международный Социалистический Союз Борьбы

    Нападение Гитлера на СССР колония социалистов МСБС в Англии восприняла, по словам Норы Вальтер, со вздохом облегчения (12). Стало очевидно, что шансы немецких армий на успех существенно уменьшились. В связи с этим позиция МСБС в отношении СССР претерпела небольшие изменения. Во внешнеполитическом обзоре, опубликованном в журнале «Ренессанс», Вилли Айхлер указывал на некогда ведущие позиции СССР в деле коллективной безопасности и сохранения мира, которые были потеряны, когда Советский Союз попытался «избежать войны, не вмешивая в нее собственную страну и вовлекая другие» (13). В результате на Западе распространилось мнение о том, что русские получили по заслугам, и любая помощь им будет излишней, которое В. Айхлер оценивал как политически неверное, считая, что советские рабочие и крестьяне несут лишь частичную ответственность за действия своего правительства, и Советский Союз заслуживает всемерной поддержки в своей борьбе. Руководитель МСБС призывал к сбору средств в фонд английского рабочего движения, из которого значительная часть пошла бы в пользу русских рабочих (14). До октября 1941г. МСБС удалось собрать 20 фунтов для борющихся советских граждан.

    С образованием «Союза немецких социалистических организаций в Великобритании» представители МСБС и лично Вилли Айхлер стали принимать активное участие в его деятельности. В одной из рукописей, предназначенной для заседания «Союза» 1 июля 1941г., руководитель Союза Борьбы изложил свои соображения по поводу изменившейся международной ситуации. По его мнению, с вынужденным вступлением СССР в войну принципиальных перемен не произошло. Советский Союз он воспринимал отныне не как государство рабочих, а как любое другое. В этом случае гораздо более актуальным, в сравнении с прежним лозунгом - «Руки прочь от СССР!», - становился новый: «Враг моего врага – мой друг» (15).

    Спустя месяц акценты были расставлены окончательно и четко: предательская политика СССР не изменилась в связи с нападением Гитлера, поэтому деятельность социалистов нельзя ориентировать на то, что нужно или не нужно в данный момент Советскому Союзу. Советскую политику следует мерить только меркой социализма как идеи, а не наоборот, русифицировать социализм (16).

    Поражение немцев под Сталинградом обозначило коренной перелом на Восточном фронте, который был с воодушевлением встречен в Англии: началась т.н. «русская эйфория», поскольку облегчение, которое принесло Западному фронту уничтожение значительного немецкого контингента на Востоке, было поистине огромным. В декабре 1942г. МСБС издает в Лондоне брошюру «Россия и Коминтерн», написанную Вилли Айхлером и Вернером Ханзеном, которую вполне можно считать квинтэссенцией идеологии МСБС в период Великой Отечественной войны и которая соединила в себе все критические стрелы, до этого пущенные в адрес Советского Союза.

    В ней, отмечая ряд несомненных завоеваний советского строя, авторы призывали не забывать о том, что «в России варварски обошлись с человеческой свободой и достоинством» (17). Причины вырождения Советского Союза в тоталитарное государство заключались, согласно В. Айхлеру и В. Ханзену, в теоретических слабостях самого марксистского учения, которому не хватало этической составляющей, чем объясняется отсутствие ясного социалистического идеала. Еще один недостаток марксистской концепции состоял в пренебрежении субъективным фактором в истории, то есть ролью действующей личности, в данном случае Сталина.

    Что касается дипломатических усилий СССР, то, по мнению составителей, в поисках выхода из затруднительного положения, в котором оказался Советский Союз после аннексии Чехословакии, советские руководители перешагнули пределы допустимого для социалистического государства. В связи с этим составители брошюры предлагают рассматривать Советский Союз не как государство трудящихся, с которым международный социализм связывал когда-то надежды на победу мировой революции, а как любое другое государство, со своими преимуществами и недостатками, с возможностью как позитивного, так и негативного развития (18).

    Индикатором отношения к Советскому Союзу стала оценка Коминтерна. В июне 1943г. Международная коммунистическая организация, просуществовав 24 года, стала достоянием истории. Это примечательное событие Союз Борьбы комментировал следующим образом: хочется верить вплоть до доказательства обратного. Однако, по наблюдениям представителей МСБС, «с роспуском Коминтерна зависимость от Москвы не стала меньше», более того, она превратилась «в прямую зависимость от русского правительства». Подробнее изучив деятельность созданного вместо Коминтерна в ЦК ВКП (б) Отдела Международной Информации (ОМИ), можно без труда в этом убедиться (19). Из своих наблюдений представители МСБС сделали вывод о том, что коммунистические партии в качестве союзников, достойных доверия, по-прежнему не могут быть допущены в организацию единого фронта (20).

    С конца 1943г., после падения Муссолини и в связи с победами союзников по антигитлеровской коалиции, для представителей Союза Борьбы все более актуальными становятся планы послевоенного устройства Германии и Европы в целом. Этим объясняется некоторое снижение активности в оценке собственно политики СССР. В изданиях МСБС часто стали появляться сообщения об ожиданиях населения внутри Германии в связи с приближением русских. Господствующим чувством при этом в «Europe Speaks», например, назывался страх. Среди немецкого населения росли опасения усиления влияния немецких коммунистов (21). Множились предположения о том, что результатом советской оккупации Германии станет большевистская революция. Теме вероятной большевизации Европы посвящен пророческий манускрипт «Размышления о настоящем и будущем Европы», который, возможно, принадлежит перу Вилли Айхлера (22). В нем подробно рассмотрена так называемая «советская опасность», представляющая тем более реальную угрозу для европейцев, что «коммунистический социализм и живущий в нем идеал справедливости имеет в Европе свои корни». А, принимая во внимание конкретное воплощение этого идеала на примере Советского Союза, названное автором «азиатским отклонением», можно со значительной долей уверенности предсказывать, что победа СССР будет означать переориентирование на Восток, а, следовательно, «деградацию до простого придатка азиатски организованной Советской России».

    Выступая горячим поклонником идеи единой Европы, В. Айхлер обращал внимание на двойственность так называемого «русского аспекта». С одной стороны, нужно принимать во внимание «страх русских перед этим новым европейским колоссом», а с другой – это никак не означает, «что нам нужно не делать того, что русским по какой-либо причине и в каком-либо отношении не нравится» (23).

    Основание антифашистского Национального Комитета «Свободная Германия» в июле 1943г. было оценено МСБС негативно, хотя и вскользь. В письме Гансу Готтфурхту, с горечью констатируя «выраженную глупость» лондонской группы немецких профсоюзов в оценке Комитета, Вилли Айхлер сообщал, что считает «московский Комитет такой постыдной акцией, что ее, собственно говоря, совсем не следовало бы принимать всерьез да и вообще говорить об этом» (24). Опираясь на собственный опыт сотрудничества с социалистами из разных групп, Айхлер призывал «обучать социалистов борьбе с коммунистами и склонять их к осознанному отказу от коммунистической тактики и политики». По его мнению, самым действенным средством борьбы с коммунистами является социалистическая революция (25).

    Социалистическая рабочая партия

    Представителей СРПГ можно разделить на две больших группы. К первой относятся члены партии, проживавшие в Лондоне, вторую образует скандинавское эмиграционное крыло.

    Представители СРПГ в Лондоне охарактеризовали нападение на страну Октябрьской революции, которое «побудило рабочих всего мира…делать все для окончания страшного нацистского господства» (26), как начало новой стадии войны.

    В июле 1941г. в комментариях к наброску совместного заявления организаций, входящих в «Союз немецких социалистических организаций в Великобритании», «лондонцы» констатировали, что предложенный набросок рассматривает участие СССР в войне так же как борьбу Югославии или Греции против Третьего Рейха, акцентируя лишь военную мощь России, и совершенно оставляет вне поля зрения тот факт, что «Советский Союз – страна, в которой впервые в истории рабочий класс провел победоносную революцию и принялся создавать новое общество» (27). СРПГ придерживается мнения, что даже сталинский Советский Союз представляет собой значительно больше, чем это было сформулировано в предложенном для обсуждения наброске, и поэтому отказывается подписывать его.

    В апреле 1943г. в документе «Социалистическая революция против нацистского империализма» было заявлено, что с момента нападения фашистских войск на Советский Союз государство рабочих и крестьян снова завоевало симпатии рабочих всего мира, которые были потеряны в предшествовавший период. Авторы объясняют победы советской армии прогрессивностью общественного устройства Советского Союза, которая привела к «осознанию каждым отдельным русским солдатом того, что он защищает больше, чем землю, на которой живет, что он завоевывает больше, чем новые погоны, что он – носитель идеи, которая не знает эксплуататорского класса капиталистов» (28).

    Однако, несмотря на явно выраженную позитивную окрашенность восприятия СССР, точка зрения СРПГ «ни в коем случае не распространяется на компартию и Коминтерн», по крайней мере, до тех пор, пока в коммунистическом лагере не начнутся перемены в направлении демократизации (29).

    Позитивное отношение к СССР было характерно для Лондонской группы Социалистической Рабочей Партии до 1943г. Затем под влиянием объединительных тенденций в социал-демократической среде, а также настроений внутри Германии происходит сближение концепций СРПГ и остальных эмиграционных групп.

    Группа СРПГ в скандинавской эмиграции развивала собственный взгляд на роль СССР в мировой политике довоенного периода и его послевоенные перспективы. В июне 1942г. Вилли Брандт писал из Стокгольма: «Сформировать ясное представление о развитии Советского Союза в высшей степени сложно. Ничто не говорит о том, что его руководство выйдет из войны ослабленным. Созданная им экономическая система прошла испытание огнем. Война может…привести к настоящему сближению союзников» (30). После роспуска так нелюбимого им Коминтерна он писал о необходимости преодоления его политики, тактики и методов, не приведших к успеху, а, наоборот, похоронивших рабочее движение (31).

    В шведской эмиграции Вилли Брандт сформулировал основные принципы демократического социализма, на которых затем будет базироваться его политика на посту федерального канцлера. Так, в наброске для декларации «Мирные цели социал-демократов» он писал о том, что нельзя допустить разрыва отношений между Советским Союзом и англосаксонскими демократическими государствами, иначе может возникнуть опасность новой войны (32). В окончательном варианте декларации, в основном опиравшейся на положения, сформулированные В. Брандтом, был сделан акцент на посреднической – между Востоком и Западом - миссии социал-демократов. Клаус Мисгельд пришел к выводу, что в декларации содержалась надежда на новое начало Советского Союза, которая базировалась на довольно спорном тезисе, что советский рабочий класс сможет проводить независимую от государства политику (33).

    Незадолго до окончания войны для многих социал-демократов настало время выбора. Большинство из них определилось еще в начальный период войны и перешло в Социал-демократическую партию Германии. Ряд представителей СРПГ в Швеции сделал выбор также в пользу СДПГ. В качестве теоретической основы своего перехода Брандт, Сценде, Бем, и супруги Эндерле издают брошюру «О послевоенной политике немецких социалистов», где резюмируют: «Как социалисты мы особенно заинтересованы в том, чтобы находиться с Советским Союзом в тесных дружественных отношениях» (34).

    Якоб Вальхер не разделял выбор Вилли Брандта сотоварищи. Считая переход в СДПГ ошибочным шагом, он писал о том, что насущной задачей является создание механизма сотрудничества социал-демократов и коммунистов, при решении которой СРПГ должна сыграть роль посредника. В отношении Советского Союза, по мнению Вальхера, актуальной оставалась принципиальная позиция, занятая СРПГ еще в 1932г. и основанная на следующем тезисе: руководство СССР блестяще выдержало серьезнейшее испытание, поэтому его нужно признать, уважать и поддерживать. Война ясно показала, насколько социалистическая экономика соответствует современным требованиям. Все эти факты говорят о том, что «Советский Союз – партнер, данный нам судьбой» (35).

    Мнение В. Брандта на этот счет было весьма неоднозначным, и небезынтересной представляется его эволюция в течение года. В 1945г. он писал: «Советский Союз является после этой войны ведущим международным актором наряду с США. Изо всех народов советский принес самые большие человеческие жертвы. Он однозначно доказал свою жизненную силу, вызвав всеобщее восхищение и усилив свои международные позиции. Советский Союз больше не окружен недоверием, на него возлагают большие надежды» (36).

    Год спустя взгляды В. Брандта на возможности сотрудничества с Советским Союзом существенно изменились. По-прежнему признавая великий пример сопротивления, поданный советским народом, а также прогрессивное общественное устройство СССР, теперь он считал, что позиции Советского Союза в послевоенном мире существенно ослабли, за исключением территорий, занятых советскими войсками. Как и прежде, Брандт писал о давно назревшей необходимости в самостоятельной социалистической политике, «которая оставляет Востоку то, что ему принадлежит, но ни в коем случае не отказывается от объединения с социалистическими и прогрессивными силами Запада. Это непозволительное и ошибочное упрощение – не видеть на Западе ничего, кроме реакции и капиталистической эксплуатации» (37). Такая эволюция взглядов, по всей видимости, объясняется политикой советских оккупационных войск.

    Ной Бегиннен

    В первом заявлении Ной Бегиннен по поводу начавшейся немецко-советской войны акцент был сделан на слабость советского режима как изжившей себя диктатуры. По мнению социалистов, нападение во многом явилось следствием изоляции СССР, результировавшей из сталинской политики двух военных лет (38).

    В радиопередаче «Вестник европейской революции» Вальдемар фон Кнёринген приветствовал переход революционных масс советских рабочих и крестьян на сторону антигитлеровской коалиции, однако политику СССР в 1939-1941гг. назвал контрреволюционной, объяснив ее уничтожением старой гвардии революционеров: «закат старого руководства Великой русской Октябрьской революции стал одновременно началом сталинского союзничества с фашизмом и причиной сегодняшней материальной слабости Советского Союза по сравнению с Германией» (39).

    В дискуссионном наброске «Немецкие рабочие и новая война Гитлера», написанном в июле 1941г. для заседания лондонского Союза, отмечалось, что облик СССР весьма серьезно пострадал в глазах немецких рабочих в результате событий последних лет, особенно после заключения пакта о ненападении. Представители Ной Бегиннен признают, что социал-демократические рабочие в основной своей массе восхищаются достижениями большевиков в отсталой и изолированной стране, и эти симпатии лишь частично возникли под коммунистическим влиянием, ибо сегодня типичный активный коммунист, не порывая с партией, уже не работает по ее указаниям.

    В наброске Ной Бегиннен представили два альтернативных пути развития немецкого коммунистического движения: оживление под воздействием симпатии к СССР и под контролем Москвы либо превращение в элемент европейского революционно-демократического движения. Последняя перспектива представляется Ной Бегиннен более предпочтительной. Вообще, между демократическим капитализмом английского образца и тоталитарной советской системой они склонны были выбрать третий путь: систему демократического социализма, для построения и развития которой в будущей обновленной Европе, по их мнению, уже достаточно пространства (40).

    В августе 1941г. свет увидела очередная брошюра Ной Бегиннен «Ясные фронты. Немецкие социалисты и нападение Гитлера на Советский Союз», в которой Рихард Лёвенталь сформулировал новую позицию группы по отношению к СССР. Автор по-новому оценивает как заключение пакта о ненападении с фашистской Германией, так и советскую аннексионистскую политику начального периода войны. Он призывает не осудить или оправдать ее, а понять ее истинные мотивы, коими являлись «не политика мирового господства, не мировая революция, а безопасность и еще раз безопасность собственного развития».

    Р. Лёвенталь заявляет, что со вступлением Советского Союза в войну ее характер принципиально не изменился. Эта война по-прежнему является «неразделенной» (41) и ведется не по идеологическим мотивам союзниками поневоле, но ее исход определит, будет ли мир фашистским, будут ли возможности для развития социализма. Поэтому автор призывает всемерно поддержать СССР в его борьбе с фашизмом, предоставив материальную и любую другую помощь Восточному фронту.

    В продолжение дискуссии о том, является ли Советский Союз таким же государством, как и любое другое, Р. Лёвенталь выделяет три основных черты, проявившиеся в ходе войны: выдержка и боеготовность советских войск, современность стратегии и военной техники, сознательное применение специфически революционных методов народной войны (партизанское движение). Автор приходит к следующему выводу: «Государство, которое в своих действиях может опереться на истинно народное движение, не является таким же государством, как остальные» (в оригинале подчеркнуто – С.Д.) (42). По его мнению, так сражаться может только народ, которому есть что защищать помимо собственного дома, и советские крестьяне и рабочие защищают общество, ставшее само собой разумеющимся базисом их жизни. Здесь автор оппонировал тем, кто видит в СССР одну диктатуру, забывая о социальном содержании русской революции и последующего развития СССР. Этот тезис будет неоднократно повторяться в документах и выступлениях Ной Бегиннен.

    В заключение автор рассматривает перспективы послевоенного развития Германии и Европы. Намечая основной путь послевоенной европейской эволюции (путь к преодолению Коминтерна и восстановлению единства рабочего движения на основе самостоятельности и демократии), он подчеркивает, что этот путь пролегает через примирение между Советским Союзом и остальным миром, и задача социалистов – способствовать этому примирению.

    После опубликования брошюры на Рихарда Лёвенталя обрушился град критических замечаний со стороны однопартийцев и социалистов из других групп. Карл Франк, по его собственному признанию, воспринял брошюру как «вопль угнетенной души» (43) и был далеко не во всем согласен с точкой зрения, изложенной в ней.

    Фред Сандерсон, находившийся с 1937г. в США, выступил против «глорификации» Советского Союза и подверг резкой критике тезис Лёвенталя о том, что эволюция СССР внушает гордость, считая, что быстрое развитие военного потенциала за счет экономии на уровне жизни населения не может рассматриваться как успех. Не питая иллюзий насчет дальнейшего развития советского государства и вполне ожидая от СССР дальнейших экспансионистских авантюр, Сандерсон оценивал взгляды «лондонских друзей» не иначе как «голубоглазый идеализм» (44).

    В октябре 1941г. в очередном выпуске радиопередачи «Вестник европейской революции» под названием «Наша позиция в отношении России» Ной Бегиннен голосом Вальдемара Кнёрингена подтверждает разделительную линию между «социальным содержанием» русской революции и последующей деформацией политической системы, обозначенную в «Ясных фронтах»: «Советский Союз доказывает нам сегодня, что диктаторский режим, который мы…часто весьма остро критиковали, не является выражением общей реакционности. И русская война опровергает сегодня односторонний подход тех социалистов, которые видят в России лишь диктатуру и забывают при этом о социальном содержании эволюции России» (45).

    В июне 1942г. претерпела изменения позиция Лёвенталя и в отношении немецких коммунистов. Считая, что достижение взаимопонимания между СССР и США по вопросу будущего европейского устройства, а также ликвидация Коминтерна и создание самостоятельного и единого Социалистического интернационала предоставили бы шанс для формирования свободной социалистической Европы, он предполагал, что для Германии это могло бы означать возможность создания «объединенной рабочей партии, союзной лейбористской и КПСС» (46). С другой стороны, весьма вероятным ему представлялся и другой исход событий. Советский Союз мог отказаться от роспуска Коминтерна, не имея четкого плана в связи с ростом напряженности во взаимоотношениях с США. В этих условиях Ной Бегиннен оказались перед дилеммой: одновременно проводить приготовления для объединения с коммунистами в случае благоприятного развития событий, в то же время оставив возможность для борьбы с ними при нарастании тоталитарной опасности. Для успешного осуществления тактики сидения на двух стульях Лёвенталь предлагал активно выступать в защиту СССР и выражать готовность к сотрудничеству с коммунистами, участвуя вместе с ними в конкретных мероприятиях.

    Одной из таких совместных акций стало празднование 25-летия Великой Октябрьской революции. Для этого был образован «Немецкий Комитет беженцев 7 ноября 1942г.», в который, наряду с коммунистами, вошли представители Ной Бегиннен (Р. Лёвенталь, Э. Шёттле) и СРПГ (Э. Фрёлих). В демонстрации 7 ноября в Лондоне принимали участие более 700 человек. Апогеем собрания стал сбор средств для покупки полевого рентгеновского аппарата, который затем был передан Советской армии (47).

    По воспоминаниям брата Вальтера Лёвенхайма Эрнста Лове, «Р. Лёвенталь…, по меньшей мере, до 1943 года, все время выступал за единый фронт с коммунистами» (48). Поводом для переоценки отношения к сотрудничеству с Коммунистической партией и к СССР послужили действия Советской армии в Польше. Точка зрения Ной Бегиннен, по признанию самого Р. Лёвенталя, постепенно приблизилась к взглядам всей социал-демократии в эмиграции, которая готовилась «к сопротивлению советской политике унификации» (49).

    Таким образом, в указанный период у всех социал-демократических и социалистических эмиграционных групп, при наличии ряда индивидуальных особенностей, более или менее выражена была одна и та же тенденция в оценке Советского Союза. Она представляла собой постепенный переход от воодушевления в связи с присоединением СССР к антифашистскому блоку и восхищения героической борьбой советского народа к осознанию того, что сотрудничество с Советским Союзом является чисто тактическим вопросом. Проявлением этого процесса стало стремление снизить советское влияние на развитие европейского социализма, уравновешенное готовностью учесть интересы безопасности СССР в новой Европе. То есть, наряду с лозунгом «Руки прочь от Советской России!» актуальность приобрел другой: «Руки прочь, Советская Россия!» (50).

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 90      Главы: <   60.  61.  62.  63.  64.  65.  66.  67.  68.  69.  70. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.