Методология политической истории - Диалоги о русской революции - В.Д. Жукоцкий - История России - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


История Киевской Руси
История Украины
Методология истории
Исторические художественные книги
История России
Церковная история
Древняя история
Восточная история
Исторические личности
История европейских стран
История США

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 57      Главы: <   2.  3.  4.  5.  6.  7.  8.  9.  10.  11.  12. > 

    Методология политической истории

    — Один из главных методологических вопросов отечественной истории и исторической политологии связан с правом на свободу оценочного суждения. В какой мере господствующая идеологема, представляющая данную политическую власть, трансформирует и видоизменяет наше восприятие прошлого?

    Известно, что прошлое у нас было советским и досоветским, а настоящее по всем параметрам, хотя и является постсоветским, но в содержательном плане предстает очень часто и подчеркнуто антисоветским. В какой степени все это видоизменяет наше восприятие российской истории и, в особенности, российской революционной истории, каким оно было в прошлом и каким становится в настоящее время?

    Ответ лежит на поверхности: власть в России во все времена, и наше время не исключение, оказывала самое серьезное влияние на способ и характер восприятия собственной истории. Правда, чем более явным было вторжение власти в эту сферу, тем более радикальной становилась оппозиция русской интеллигенции в ее стремлении восстановить утраченное равновесие в восприятии истины. Причина такой разноголосицы кроется в противоречивости общественных интересов и возникающих на их почве мировоззренческих моделей, что в целом характеризует незавершенность процесса становления общества или вынужденный этап его трансформации и лихорадочного приспособления к новым историческим условиям.

    Всякое пост-, что значит после, чтобы оторваться от пуповины предшествующей эпохи, особенно заинтересовано продемонстрировать свое принципиальное отличие от нее. Для этого оно делает особый акцент на своем анти-, на своей противоположности прошлому. А старая истина гласит: чтобы высветить новацию настоящего, нужно очернить прошлое, чтобы высветить новацию будущего, нужно очернить настоящее. Такова логика светового эффекта, его задача — создание контраста в восприятии событий. Беда лишь в том, что этот световой эффект люди часто принимают за чистую монету и забывают о том, что суть вещей глубже и основательнее.

    Другой вопрос состоит в крутизне предлагаемой нам новации. Здесь мы вправе и даже обязаны участвовать в выработке интегрального оценочного суждения, которое вольно или невольно формирует устойчивую, рассчитанную на столетия вперед форму государственной идеологии и всей линии общественного самосознания. Например, многие сегодня спрашиваю себя: не слишком ли разрушительно действует на моральный климат и нравственные устои в обществе разгул так называемой «либеральной вольницы», которая действует по принципу «все позволено, что не запрещено»? Пока общество сообразит, что некоторые вещи надо решительно запрещать, не дожидаясь часто лжедемократических, порой откровенно продажных процедур либерального правосудия, глядишь, а от общества уже ничего не осталось.

    Если не прибегать к доминанте социального гуманизма в форме устойчивой российской традиции советизма, коллективизма и солидарности, то остается последняя соломинка — «божественного запретительства» и поиска небесного воздаяния, а попросту — отказа от мира сего.

    Коснулась эта вольница и это запретительство настоящего и того отношения к советскому прошлому, о котором идет речь. Если в советское время буквально боготворили все, что связанно с революцией и ее вождями, то теперь как бы на контрасте занимаются тотальным очернительством, называя это «откровением» или «открытием некогда сокрытой истины». При этом даже не подозревают, что абстракции новейшего мировосприятия навязывают совсем другой исторической эпохе с другим мировосприятием и совершенно другими условиями существования. Разумеется, ничего научного и истинного ни в первом, ни во втором случае нет.

    Истина, как всегда, посередине, и народ, как в прошлом, так и теперь, не спешит без оглядки следовать за навязчивыми пропагандистскими клише. Позиция ученого и народа в данном случае удивительно совпадает.

    Разумеется, пропагандистский эффект не всегда безнадежен и порой способен на время увлечь за собой и ученого, и общество в целом. И тогда вся надежда на то, что затмение истины не продлится долго, и для его преодоления не понадобится внешняя сила и хирургическое вмешательство.

    Грядущие события не только проговариваются в культуре, создавая вербальный каркас неотвратимости, но и «вымалчиваются» суровым отношением к очевидной несправедливости. Это тот случай, когда молчание способно быть более красноречивым, чем речь. И молчание оставляет следы.

    Отсюда следует, что история не терпит чрезмерного насилия над собой, а в противном случае она мстит за себя новыми социальными и политическими переворотами. Истина, сокрытая слишком глубоко, тем громче и разрушительнее вырывается из глубины времени. Историческая истина требует своего легального присутствия в настоящем, хотя формы такого присутствия порой существенно разнятся.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 57      Главы: <   2.  3.  4.  5.  6.  7.  8.  9.  10.  11.  12. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.