1. Много жен — много сыновей и внуков - Жизнеописание Чжу Юаньчжана - У Хань - Исторические личности - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


История Киевской Руси
История Украины
Методология истории
Исторические художественные книги
История России
Церковная история
Древняя история
Восточная история
Исторические личности
История европейских стран
История США

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 34      Главы: <   26.  27.  28.  29.  30.  31.  32.  33.  34.

    1. Много жен — много сыновей и внуков

    Жена Юаньчжана, урожденная Ма, была приемной дочерью командующего «красными войсками» Го Цзысина.

    Имен родителей императрицы Ма никто не знал. В исторической литературе сообщается, что она после замужества звалась госпожой Ма, а после провозглашения мужа императором — императрицей Ма и что посмертным именем ее было Сяоцзы. Когда они поженились, мужу было двадцать пять и жене двадцать один год. По представлениям того времени, они считались перезрелыми женихом и невестой.

    Ма никогда не училась и собой не была особенно хороша; в первый период она играла немалую роль в делах Чжу Юаньчжана благодаря тому, что была приемной дочерью командующего.

    Когда однажды Цзысин, разбушевавшись, запер Юаньчжана в пустую комнату, не разрешив приносить ему еды, госпожа Ма украдкой принесла ему за пазухой горячие, только что из котла пампушки и обожгла грудь. Всегда она держала при себе сколько-нибудь печений и соленого мяса для мужа. Она, бывало, лучше сама будет голодной, но придумает что-нибудь, чтобы муж был сыт. {225} Во время форсирования Янцзы она охраняла Хэчжоу как наместница во главе членов семей офицеров и солдат. Когда коммуникационные линии через Янцзы были перерезаны юаньской армией и Хэчжоу оказался отрезанным, она воодушевляла офицеров и бойцов и успокаивала их семьи.

    Некоторых грамотных людей в армии она просила обучать ее иероглифам и тайно переписывала иероглифы по образцам. Сделавшись императрицей, она требовала, чтобы фрейлины ежедневно читали ей книги. Она помнила рассказы о многих знаменитых женщинах из исторических сочинений. Юаньчжан, вспомнив, что ему надо сделать или как ему сделать что-то, записывал это на клочках бумаги, чтобы не забыть. К вечеру императрица Ма старательно сортировала их и, когда муж спрашивал, немедленно подбирала нужную записку. Юаньчжан постоянно говорил подчиненным чиновникам о мудрости и добродетелях императрицы.

    Когда родной племянник Юаньчжана Чжу Вэньчжэн попал под подозрение и был обвинен, когда были казнены многие чиновники из его ставки и более чем пятидесяти подчиненным, составлявшим его свиту, были перерублены сухожилия ног, Юаньчжан, на глазах у них допросивший Вэньчжэна, хотел казнить и его. Тогда она стала всеми силами отговаривать его: «Если даже племянник возгордился и избаловался, все же надо помнить, что он отличился при захвате Тайпина, разгроме Чэнь Есяня и взятии Цзинина, а также при защите Хунду. К тому же он наш единственный кровный родственник. Пусть даже он и ошибся, надо все же принять во внимание его молодость. Пощадите его последний раз!» Вэньчжэн избежал казни и был брошен в тюрьму. Когда Ян Сянь донес, что начальник обороны Яньчжоу Вэньчжун совершает противозаконные поступки, Юаньчжан хотел немедленно отозвать последнего. Но императрица Ма считала, что когда так легко меняют начальника обороны, то это не выгодно с военной точки зрения, тем более что округ Яньчжоу граничит с противником. К тому же Вэньчжун всегда был осторожен и осмотрителен, и потому нельзя так легко доверять словам Ян Сяня.

    Императрица Ма заболела и умерла в 8-ю луну 15-го года Хунъу (1382 г.) в возрасте пятидесяти одного года. Во время болезни она не захотела принимать {226} лекарств, боясь навлечь беду на лекарей, которые были бы обвинены в ее смерти. Юаньчжан тяжело переживал ее смерть и больше ни одну из своих жен не возводил в императрицы.

    Многоженство было одной из привилегий господствующего класса в феодальном обществе. У Юаньчжана было очень много жен. От них он имел 26 сыновей и 16 дочерей.

    Среди императорских жен были кореянки и монголки, бывшие жены Чэнь Юляна, а также принятые из дворца юаньского императора и отобранные среди населения.

    Все императорские жены — монголки и кореянки рожали детей. Предание говорит, что минский император Чэнцзу был рожден императорской женой — монголкой. Нет никакого сомнения в том, что в жилах сыновей и внуков Юаньчжана текла монгольская и корейская кровь.

    Юаньчжан глубоко сожалел, что сам в молодости не имел возможности учиться. Поэтому он придавал большое значение образованию сыновей. Во дворце был специально оборудован зал, где были собраны разные картины и книги. Для обучения наследника престола и князей были вызваны и приглашены из всех провинций ко двору знаменитые конфуцианские ученые, которые поочередно проводили занятия с детьми. Из учителей и наставников самым знаменитым ученым был Сун Лянь, который в течение девятнадцати лет нес ответственность за воспитание наследника престола. Доктор Кун Кэжэнь был назначен преподавателем — хранителем книг у князей. Младшие братья и сыновья заслуженных чиновников по указу императора также учились вместе с князьями. Юаньчжан специально давал чиновникам — конфуцианским ученым инструкции по воспитанию своих сыновей: «Если у вас есть кусок чистого золота или кусок прекрасного драгоценного камня, то из них вы сможете сделать вещи лишь тогда, когда будет хороший золотых дел мастер или ювелир. Когда у человека есть хорошие сыновья и младшие братья, но он не ищет умных наставников для них, это разве не значит, что он не любит сыновей и младших братьев? Хорошие наставники и учителя послужили бы примером для них и, обучая их, вырастили бы таланты. Мои же дети будут {227} управлять государством и вершить дела, сыновья и младшие братья заслуженных чиновников также станут чиновниками и будут заниматься чиновничьими делами. Что касается методов обучения их, то важны правильные методы. Лишь бы дух был правильным, тогда учение пойдет на лад; если же методы неправильны, то получится неразбериха в обучении, а это крайне нежелательно. Вы должны обучать их наукам, а не запоминанию и декламированию фраз из сочинений классиков. От последнего нет никакой пользы!»

    Так как в первый период правления династии Юань не назначались наследники престола и это вызывало многочисленные дворцовые перевороты, то Юаньчжан, будучи еще князем государства У, назначил наследником своего старшего сына Бяо, который стал затем наследником императорского престола. В связи с тем что в прежние эпохи чиновники дворца наследника престола образовывали свою «партию», придерживались своего мнения и даже противостояли двору императора, Чжу Юаньчжан приказал, чтобы важные придворные сановники по совместительству состояли чиновниками дворца наследника. Чжу Юаньчжан хотел во что бы то ни стало воспитать идеального наследника, способного императора второго поколения, который сохранил и укрепил бы власть династии Мин.

    Когда в 4-ю луну 25-го года Хунъу (1392 г.) заболел и умер наследник престола Бяо, Чжу Юаньчжан назначил его сына от первой жены Юаньвэня наследником-внуком. Он воспитывал наследника-внука теми же методами. Этот наследник просматривал доклады чиновников и выносил по ним решения, решал политические вопросы и учился, как вести себя, когда он станет императором.

    Не считая старшего сына Чжу Юаньчжана, назначенного наследником престола, а также рано умерших девятого и двадцать шестого, все остальные его 23 сына были пожалованы титулами князей и имели свои уделы. Так как отец всегда обращал большое внимание на их домашнее воспитание, то все они выросли образованными и работоспособными людьми. После 26-го года Хунъу (1393 г.), когда все старые заслуженные генералы, участвовавшие в создании династии, погибли от рук палачей, Чжу Юаньчжан передал в ведение второго сына — {228} Циньского князя, третьего сына — Цзиньского князя и четвертого сына — Яньского князя вопросы, относящиеся к военным действиям против монголов на северных границах. Остальные молодые князья также получили уделы на окраинах. Что касается успехов сыновей Чжу Юаньчжана в области литературы, то, например, его пятый сын, Чжоуский князь, сочинял стансы и оды. Им были написаны «Стансы из дворца Юаньгун» в ста главах. Кроме того, он изучал систематику растений, произвел отбор четырехсот с лишним видов их, изобразил их в альбоме с пояснениями и составил книгу «Корни и травы, помогающие при голоде», представляющую собой вклад в ботанику. Семнадцатый сын Чжу Юаньчжана, Нинский князь, написал несколько десятков исторических и литературных произведений, в том числе «Развернутые суждения о всеобщем зерцале», «Неофициальная история династий Хань и Тан», «Решения по вопросам истории», «Каталог сочинений», «Каталог стихотворений» и другие. Он также очень любил музыку и драму. Восьмой сын императора — Таньский князь, десятый — Луский князь, одиннадцатый — Шуский князь и шестнадцатый — Цинский князь были культурными людьми, любили науки и интересовались литературой. Двенадцатый сын императора, Сянский князь, был и образован и хороший воин. Он часто просиживал ночи над книгами; отличаясь большой физической силой, хорошо стрелял из лука, отлично владел саблей и боевой секирой и мчался на коне как стрела. У себя во владении он открыл дворец «Цзиньюаньгэ» («Главный светлый дворец»), где принимал приглашенных литераторов. Даже в военные походы он брал с собой много книг и читал их. Из сыновей Чжу Юаньчжана были и двое, не отличавшиеся добродетелями. Один из них, его тринадцатый сын, Дайский князь, наделал много глупостей в молодости; дожив до седых волос, он все еще бродил по городу со своими молодчиками, пряча гирю в рукаве, и убивал и калечил горожан. Последний сын императора — Иский князь, пожалованный уделом в Лояне, — любил пускать в ход дубинки и мечи. Вооружившись арбалетом и обоюдоострым мечом, он, сидя на коне, гнал людей за город. Кроме того, ему нравилось ради забавы сдирать одежду с мужчин и женщин из простонародья и смотреть, как они мечутся нагишом. {229}

    Двор постоянно выплачивал содержание всем императорским родственникам. В 9-м году Хунъу (1376 г.) были установлены размеры годового содержания князей и принцесс. Принцу крови (цинь-ван) выдавалось 50 тыс. даней риса, 25 тыс. гуаней ассигнациями, 40 кусков парчи, 300 кусков шелковых тканей, тонкой ткани по 100 кусков, 500 кусков тафты, полотна по 1 тыс. кусков, 2 тыс. лянов ваты, 200 инь соли, 1 тыс. цзиней чая в год и фуража на 50 лошадей в месяц. Принцессе, получившей удел, жаловалась одна усадьба и ежегодно выдавалось 1500 даней зерна и 2 тыс. гуаней ассигнациями; князю области (цзюнь-ван) — 6 тыс. даней риса, а принцессе области (цзюнь-чжу) — 100 даней зерна в год. Далее нормы ежегодного содержания уменьшались в зависимости от титулов. Старшему сыну принца крови от первой жены по достижении десятилетнего возраста присваивался наследственный титул наследственного княжича (ваншицзы) и старшему внуку — титул наследника-внука (шисунь). Остальным сыновьям принца крови жаловался титул князя области (цзюнь-ван), который переходил по наследству к его старшему сыну от первой жены.

    В 28-м году Хунъу (1395 г.) в связи с тем, что первоначальные нормы содержания оказались слишком большими, число родственников императора все увеличивалось, а финансы императорского двора не выдерживали расходов на содержание императорских родственников по этим нормам, было установлено, что отныне годовое содержание принца крови составляет 10 тыс. даней риса, князя области — 2 тыс. даней, генерала-усмирителя государства — 1 тыс. даней, принцессы вместе с императорским зятем — 2 тыс. даней, принцессы области — 800 даней. Хотя расходы на содержание императорских родственников и были уменьшены во много раз, но последних расплодилось много. Через сто лет число их достигало пятидесяти с лишним тысяч человек, а в 29-м году эры правления Цзяцзин минского императора Шицзуна (1550 г.) приблизилось к 100 тыс. По данным 11-го года Цзяцзин (1532 г.), на снабжение столицы в год расходовалось 4 млн. даней зерна, а на содержание княжеских резиденций — 8,53 млн. даней, что превышало расходы на снабжение столицы более чем в два раза. В последний период эры правления Хунъу, когда {230} годовые поступления зерна были наибольшими, расход риса на содержание княжеских резиденций составлял более четверти налоговых поступлений зерна по всей стране.

    По закону многочисленные императорские родственники не имели права сдавать государственные экзамены и становиться чиновниками, им также не разрешалось заниматься сельским хозяйством, торговлей и ремеслами; они ничего не делали, сидели на народных хлебах и были паразитами, которые не работают, но едят. Принцы крови и областные князья, занимавшие высокое положение, совершали много злодеяний и преступлений на местах; они не только терзали народ, но также притесняли и чиновников. Некоторые дальние императорские родственники, занимавшие низкое положение, оставаясь без средств к существованию, обманывали и шантажировали простой народ и совершали преступления. К тому же их стало слишком много, и императорский двор не мог позаботиться обо всех. Только к концу эпохи Мин был снят запрет для императорских родственников на экзамены с целью стать чиновниками. Они теперь могли сдавать государственные экзамены и становиться чиновниками, но вскоре после снятия этого запрета власть минской династии была свергнута.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 34      Главы: <   26.  27.  28.  29.  30.  31.  32.  33.  34.





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.