3. Карательный поход на Юг, война на Севере - Жизнеописание Чжу Юаньчжана - У Хань - Исторические личности - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


История Киевской Руси
История Украины
Методология истории
Исторические художественные книги
История России
Церковная история
Древняя история
Восточная история
Исторические личности
История европейских стран
История США

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 34      Главы: <   10.  11.  12.  13.  14.  15.  16.  17.  18.  19.  20. > 

    3. Карательный поход на Юг, война на Севере

    Одновременно с посылкой армии для подчинения Фан Гочжэня Чжу Юаньчжан принял великий план карательного похода на Юг и войны на Севере.

    В 9-ю луну 1-го года правления У (1367 г.) территория под контролем Юаньчжана охватывала современные провинции Хубэй, Хунань и юго-западную часть Хэнани вместе с Цзянси, Аньхой и Чжэцзяном, включая районы нижнего течения рек Ханьшуй и Янцзы, то есть самые плодородные, самые богатые продовольственными ресурсами, наиболее густонаселенные и наиболее цветущие области Китая.

    Юг Китая, не считая района, занятого Юаньчжаном, был политически разделен еще на несколько самостоятельных районов: на территории с центром в Сычуани существовало государство Ся во главе с Мин Шэном; Юньнань контролировалась Лянским князем из юаньского императорского дома; в Лянгуане также были юаньские войска; в Фуцзяни хозяйничал Чэнь Юдин, сохранявший по-прежнему преданность династии Юань.

    На севере Китая, который еще находился под властью юаньского правительства, положение было чрезвычайно сложным. Шаньдун обороняла «желтая армия» (помещичьи войска) Ван Сюаня; Хэнань находилась в руках Коко-Тэмура; в Лунью и Гуаньнэе располагались армии Ли Сыци и Чжан Лянби; армия Болот-Тэмура контролировала Датун. Коко-Тэмур находился во враждебных отношениях с генералами Ли Сыци и Чжан Лянби, а Болот-Тэмур и Коко-Тэмур в свою очередь враждовали друг с другом. В то время как Юаньчжан развертывал наступле-{102}ние в Чжэцзяне, эти юаньские генералы оспаривали друг у друга военную власть и всецело были заняты междоусобной войной не на жизнь, а на смерть, и никто из них не интересовался положением дел на других театрах военных действий. Одновременно с внутренними столкновениями между юаньскими военными лидерами изо дня в день углублялись и обострялись противоречия между двумя противоборствующими кликами при юаньском дворе. Эти клики преследовали и истребляли друг друга; каждая из них стремилась отнять власть у другой; обе пользовались поддержкой знати и бюрократии; обе имели вооруженные силы; будучи равными по мощи, они боролись между собой и истребляли друг друга, создавая ситуацию, при которой «между птицей-рыболовом и жемчужной устрицей драка, а рыбаку выгода».

     Юаньчжан решил воспользоваться благоприятным моментом — юаньская армия была занята междоусобной войной, и ее главные силы уничтожали друг друга — и направить экспедицию на Север и на Юг, наступая и там, и тут. В 10-ю луну 1-го года эры правления У (1367 г.) Сюй Да был назначен главнокомандующим карательными силами на Севере, а Чан Юйчунь — его помощником, с заданием во главе 250 тыс. латников выйти из района реки Хуайшуй, переправиться через Хуанхэ и захватить на севере Центральную равнину. Управляющий политическими делами центрального правительства Ху Тинжуй был назначен командующим карательными силами на Юге, а левый помощник министра провинциального правительства Цзянси Хэ Вэньхуэй — его помощником, с задачей, пройдя с войсками через Цзянси, захватить Фуцзянь.

    В Фуцзяни в то время хозяйничал Чэнь Юдин, по происхождению батрак, затем зять богатого крестьянина, торговец и наконец посыльный на правительственной почтовой станции. Когда в 12-м году Чжичжэн (1352 г.) «красные войска» наступали на Фуцзянь, Юдин охотно пошел в «народную армию», отличился в боях, был произведен в офицеры низшего ранга и занял много населенных пунктов. Продвигаясь по службе, он дошел до чина управляющего политическими делами провинциального правительства Фуцзяни и правил восемью областями провинции. Там он творил жестокости и бесчинства, проявляя, однако, большую покорность по отношению к династии {103} Юань и ежегодно доставляя продовольствие в Даду. Территория, контролируемая Юдином, была изолирована от районов под властью династии Юань на Севере и не могла получить никаких подкреплений оттуда. Фучжоу и Цзяньнин были захвачены войсками Юаньчжана, а Яньцин осажден. В 1-ю луну 1-го года Хунъу (1368 г.) город был взят; Юдин, попрощавшись с чиновниками, проглотил яд, чтобы покончить с собой, но не умер, был пленен и отправлен в Интянь, где он и его сын были казнены.

    Юаньчжан потратил четыре месяца на покорение Яньпина и еще восемь месяцев на усмирение всей Фуцзяни.

    В кампании по усмирению Лянгуана на юге страны войска также были разбиты на три группы. Первая группа должна была выйти из Хунани и захватить Гуанси; вторая группа войск — пройти через Шаочжоу (современный Цюйцзян, пров. Гуандун) и ударить по Дэцину; флот, составлявший третью группу, — пройти морем и взять Гуанчжоу. Первая группа войск выступила в 10-ю луну 1-го года У (1367 г.), а вторая и третья — во 2-ю луну 1-го года Хунъу (1368 г.). Самое сильное сопротивление со стороны противника встретила первая группа войск. Пройдя из Хэнчжоу в Гуанси, она заняла города Юнчжоу (современный Лилин, пров. Хунань) и Цюаньчжоу (современный Цюяньсянь, пров. Гуанси) только в результате ожесточенных, кровопролитных боев и осадила Цзинцзян (современный Гуйлинь, пров. Гуанси). Вторая группа за три месяца усмирила район между реками Бэйцзян и Сицзян и перерезала путь сообщения между Гуанчжоу и Цзинцзяном. Командующий третьей группой отправил посла к главе провинциальной администрации Цзянси и Фуцзяни Ходжину с предложением о капитуляции, и по прибытии армии в Чаочжоу Ходжин прислал печать, документы и списки населения и принял предложение о переходе на сторону Чжу Юаньчжана. Гуанчжоу и близлежащие округа и уезды были взяты без боя. Когда войска третьей группы, войдя на территорию Гуанси по реке Сицзян, на Севере соединились с войсками первой группы, они осадили Цзинцзян. В 6-ю луну 1-го года Хунъу (1368 г.) Цзиньцзян был взят, а в 7-ю луну (1368 г.) была усмирена Гуанси и весь Лянгуан перешел под контроль Юаньчжана.

    После усмирения Фуцзяни и Лянгуана Юг Китая, за исключением Сычуани и Юньнани, оказался под властью {104} Чжу Юаньчжана, людские и материальные ресурсы этого района были использованы для Северного похода.

    Перед выступлением армии в Северный поход Юаньчжан и Лю Цзи подробно обсудили оперативный план, который затем был обсужден и утвержден на военном совете всех генералов. На совете Чан Юйчунь предложил свой план, сводившийся к тому, чтобы сначала захватить Даду штурмом. Он полагал, что после усмирения Юга у Чжу Юаньчжана достаточно войск, чтобы сразу же осуществить захват Даду. А после захвата столицы легко будет, действуя в разных направлениях, вымести остатки юаньских войск и взять остальные города без боя. Иным был план Юаньчжана. Юаньчжан указывал, что прямой штурм Даду опасен, поскольку Даду — столичный город, которым династия Юань владеет много лет, и его оборонительные сооружения наверняка прочны. Допустим, говорил он, наша изолированная армия пройдет в глубь территории и не сумеет взять столицу сразу, а станет под прочными стенами города, тогда тыл не сможет помочь нам продовольствием, в то время как для юаньских войск подкрепления будут приходить со всех сторон, а наша армия не сможет ни перейти в наступление, ни отступить. Не лучше ли нам, как делают после рубки деревьев, сперва удалить ветви и листья, а потом выкорчевать старые корни: в первую очередь захватить Шаньдун, затем повернуть в Хэнань и занять горный проход Тунгуань. Тогда все важные стратегические пункты на востоке, юге и западе окажутся в наших руках. После этого мы перейдем в новое наступление и осадим Даду. Тогда юаньская столица окажется блокированной и ее без особых трудностей можно будет взять без боя. После захвата Даду с барабанным боем пойдем на запад и легко возьмем Юньчжун, Цзююань, Гуаньнэй и провинцию Ганьсу.

    Тактика Юаньчжана заключалась в том, чтобы наносить противнику крепкие удары, проникать в глубь его территории и шаг за шагом расширять захваченные районы, объединять их в одно целое со своим глубоким тылом, держать в своих руках пути пополнения живой силой и подвоза продовольствия и концентрировать силы для ударов по разрозненным силам врага. Более чем десятилетняя практика боев сделала Чжу Юаньчжана осторожным и в то же время храбрым полководцем, понимающим обстановку как на отдельном участке, так и на всем театре {105} военных действий и способным командовать миллионной армией. Выслушав Юаньчжана, все генералы в один голос сказали: «Хорошо».

    Чтобы народ на Севере знал цели Северного похода, чтобы рассеять страх и недоверие у чиновников и землевладельцев на Севере и сломить боевой дух юаньской армии, было составлено по приказу Юаньчжана специальное воззвание к населению. В нем говорилось:

    «С древнейших времен при императорах и князьях, управлявших Поднебесной, Срединное государство всегда находилось внутри, господствуя над восточными и северными варварами, а северные и восточные варвары располагались вовне, служа Срединному государству, и еще не было такого, чтобы они занимали Срединное государство и управляли Поднебесной! С тех пор как звезда счастья династии Сун закатилась, северные варвары-монголы пришли в Срединное государство и все в пределах четырех морей подчинились им и стали их подданными. Это, конечно, было сделано не силой людей, а в действительности дано волею Неба. В тот период у монголов государь был проницательный и подданные были добропорядочные, но проницательные ученые еще тогда сетовали, что монголы все ставят вверх ногами. А затем у Юаней подданные и сыновья перестали исполнять поучения предков, отбрасывали традиции и подрывали жизненные устои. Например, в период правления Дадэ младший брат низложил старшего брата и сам вступил на трон; в период правления Тайдин подданный убил государя и сам стал императором; в период правления Тяньли младший брат императора отравил последнего; дело дошло до того, что младший брат берет жен старшего брата, а сын развратничает с женами отца, верхи и низы перенимают привычки друг у друга, относятся к этому спокойно и не считают необычным; монголы сильно осквернили и перепутали взаимоотношения между отцом и сыном, государем и подданным, мужем и женой, старшим и младшим. Ведь государь является главой народа, двор — корнем Поднебесной, а ритуал и долг — великой основой управления миром. Если они так поступают, то можно ли считать, что они наставляют будущие поколения в Поднебесной!

    Что же касается их потомков, то они погрязли в пороках и потеряли путь, по которому следует государь и подданные. Кроме того, их великие министры узурпировали {106} власть, их цензоры обижают людей, их чиновники жестоки и бесчеловечны, поэтому люди отдалились от них в душе своей и возмутились; в Поднебесной начались восстания; это значит, что наступило время, когда Небо лишило монголов добродетели и бросило их. Поэтому древние говорили, что «у варваров не бывает удачи, которая длилась бы сто лет». На сегодняшний день это изречение достоверно и безошибочно.

    В то время когда небесные сферы вращаются своим чередом, а Срединная равнина пылает гневом, должен родиться мудрец, способный изгнать монгольских рабов, восстановить Срединный цветок, создать устои государства, привести в порядок законы и спасти народ.

    Ныне есть несколько выдающихся личностей в Гуаньнэе и Шэньси, но они забыли фамилии своих китайских предков и приняли имена монгольских рабов по названиям птиц и зверей, считая их красивыми; они добиваются своих корыстных целей, пользуясь именем династии Юань; опираясь на войска, покушаются на государя; пользуясь оружием, творят жестокости и насилия; контролируют власть двора, находясь вдали. Другие, имея мало войск и незначительные силы, преграждают путь войскам в труднодоступных пунктах, подкупают и переманивают к себе людей с помощью званий и титулов, стремясь накопить силы в ожидании раздоров. И те и другие первоначально были назначены командовать войсками в целях поимки колдунов. Когда же последние были уничтожены, они, заносчивые и полные злости, уже не хотели подчиняться своему владетелю и защищать народ и стали грызться между собой, причиняя вред народу.

    Минуло уже тринадцать лет, как я, простолюдин из Хуайю, будучи выдвинут войсками во время великой смуты в Поднебесной, переправился во главе войск через Янцзы, занял Цзиньлин — пункт с удобным рельефом — и обрел естественный ров — Янцзы. Моя территория на западе доходит до Ба и Шу, на востоке граничит с синим морем. На Юге я контролирую Фуцзянь и Чжэцзян; Хучжоу, Сянчжоу, Ханьчжоу, Мяньчжоу, Лянхуай, Сюйчжоу и Пэйчжоу входят в состав моей территории; все земли, охватывающие Юг, находятся в моем владении. Там народ постепенно успокаивается, запасы продовольствия пополняются, войско постепенно укрепляется, и оно, натянув тетиву лука и видя, что народ Срединной равнины давно {107} не имеет владетеля, сильно болеет сердцем. Я, почтительно приняв мандат Неба на право управления страной, не могу успокоиться и в настоящее время посылаю войска на Север, чтобы изгнать монгольских рабов, вызволить народ из тяжелого положения и восстановить величие и обычаи ханьских чиновников. Скорблю о народе, который не знает, что если он, сделавшись нашим врагом, убежит на Север, взяв с собой семьи, то еще глубже погрузится в несчастья. Поэтому заранее оповещаем, что, если придут войска, народ не должен бежать. Мои законы строги, и не бывает нарушителей их; те, которые перейдут на нашу сторону, вечно будут спокойно жить в Срединном цветке, а те, которые повернутся к нам спиной, сами себя изгонят в Монголию. Что касается народа нашего Срединного государства, то Небо приказывает, чтобы успокоил его обязательно человек из нашего Срединного государства. Как могут управлять им северные и восточные варвары! Я опасаюсь того, что Срединная земля давно провоняла козлиным запахом и народ там сильно обеспокоен, поэтому всеми силами буду расширять территорию и очищать ее от противника, стремясь изгнать монгольских рабов, искоренить насилия и смуту, обеспечить народу его место и смыть позор со Срединного государства; ты, народ, пойми это!

    Что касается монголов, то хотя они и не относятся к родам Цветущего Ся, но они живут вместе с нами, на одной земле и под одним небом, некоторые из них понимают обряды и долг; я хочу сделать их вассалами нашего народа, успокоить и растить наравне с людьми Цветущего Ся. Поэтому это воззвание надо объявить всем».

    Это — сочинение конфуцианских ученых из придворных чиновников Юаньчжана. В нем получили яркое выражение идеология великоханьского национализма, конфуцианская концепция небесного мандата на управление страной и идеи защиты феодальных порядков.

    Авторы документа называют национальные меньшинства страны «восточными и северными варварами». По их мнению, Китай может управляться только ханьцами, а когда им правят представители национальных меньшинств, то это значит, что «все поставлено вверх ногами»; кроме того, вопреки фактам авторы воззвания утверждают, что в истории ранее не было случаев, чтобы кто-либо из представителей национальных меньшинств правил Кита-{108}ем. Нелепые установки, вытекающие из великоханьского национализма, в течение долгого времени господствовавшего в умах, привели к тому, что люди, подобные Лю Цзи и Сун Ляну, забыли историю своей страны и не увидели того, что монгольская знать правила страной в течение чуть ли не ста лет. Нелепая идея, что китайцы, населяющие внутренние районы страны, управляют варварами, обитающими на внешней территории, нашла свое полное выражение в тексте воззвания.

    В документе также выпячивается теория небесного мандата на управление страной. Объединение Китая династией Юань сводятся в нем к тому, что «это, конечно, было сделано не силой людей, а в действительности дано волею Неба». Здесь имеется в виду мандат Неба. Когда подняли восстания «красные войска», то «Небо лишило их (то есть представителей династии Юань) добродетели и бросило». Династия Юань, следовательно, лишилась небесного мандата. А что касается самого Юаньчжана, то он, видите ли, «почтительно принял мандат Неба», то есть небесный мандат на объединение всей страны уже переходит к Чжу Юаньчжану. В воззвании все, что касается свержения старой власти и установления новой, связано с идеей мандата Неба. Она была центральной идеей конфуцианства в течение более чем тысячелетия. Значение народных масс совершенно не учитывалось, и причина побед объяснялась только тем, что Чжу Юаньчжан получил мандат Неба на занятие трона.

    Воззвание в то время оказало громадное влияние на широкие слои чиновничества, помещиков, конфуцианских ученых и великоханьских националистов на Севере страны. Его основу составляют три пункта. Первый из них — это идея национальной борьбы против монголов. В документе делается упор на различии между «варварами» и Китаем и подчеркивается, что Китай должен управляться ханьцами. Этот лозунг, естественно, мог получить поддержку феодальной интеллигенции и великоханьских националистов. Второй пункт — это возрождение традиций, то есть восстановление старой феодальной культуры и идеологии. В воззвании сказано, что «ритуал и долг являются великой основой управления миром», монголы оскверняли «человеческие взаимоотношения между отцом и сыном, государем и подданным, мужем и женой, старшим и младшим», «двор является корнем Поднебесной», {109} «Срединное государство всегда находилось внутри, господствуя над восточными и северными варварами». Все это центральные идеи конфуцианства, незыблемые правила, поддерживавшие господство феодализма в течение многих эпох. Третий пункт, на котором делается упор в воззвании, сводился к лозунгу объединения страны и стабилизации положения в ней. В документе подчеркивается, что юаньские государи в течение десятков лет погрязают в пьянстве и разврате, чиновники жестоко обращаются с народом, в Поднебесной идет война и народ Центральной равнины давно не имеет владетеля. Северный поход имеет своей целью навести порядок, успокоить народ, избавить его от невзгод и дать ему возможность вечно жить спокойно в Срединном цветке. Призыв к объединению страны и стабилизации жизни народа в тот период отвечал требованиям различных слоев населения, их жизненным интересам. Цели, которые приветствовали и поддерживали и за которые боролись различные слои населения страны, были выражены в этом воззвании с особой силой, а это расчищало путь для окончательной победы.

    Наконец, для того чтобы уменьшить сопротивление монголов, в документе указывается, что их будут «успокаивать и растить» наравне с китайцами и обращаться с ними гуманно, если только они будут соблюдать «обряд и долг» и пожелают стать вассалами Китая.

    Эта агитационная листовка сыграла огромную роль. Окружные и уездные города Шаньдуна и Хэнани один за другим сдавались армии Северного похода, куда бы она ни приходила. Такие известные города, как Цзинань, Иду, Бяньлян, и административный центр Хэнани капитулировали без боя. Даже монголы и их союзники стали сдаваться по первому же требованию. В их числе дядя Коко-Тэмура Лао Бао, а также его дед по матери лянский князь Арцутай; начальник обороны Бяньляна Цзо Цзюньби, ранее оборонявший Лучжоу, также сдался без боя. Некоторые юаньские начальники обороны бросали города на произвол судьбы и бежали, зная, что не смогут оказать сопротивления войскам Сюй Да. Поэтому армия Северного похода, наступая в благоприятных условиях, добилась огромных успехов за короткий срок.

    В то самое время, когда армия Северного похода легко овладевала Центральной равниной, сокрушая все на своем пути, и тревожные донесения юаньских начальников гар-{110}низонов разных городов с требованием дополнительных контингентов войск летели, как хлопья снега, в Даду, — в это время различные группировки юаньской армии были поглощены междоусобной войной и бились друг с другом так что было трудно разобрать и понять, кто с кем воюет, а в стане юаньского императора политическая ситуация была неустойчивой, командование армиями переходило из рук в руки и обстановка то и дело менялась. Коко-Тэмур, отстраненный от должности главнокомандующего, отвел свои войска в Цзэчжоу (современный Цзиньчэн, пров. Шаньси), а его подчиненный, генерал Гуань Бао, переметнулся на сторону противников своего начальника. Видя, что армия Коко-Тэмура оказалась отрезанной, юаньский император Шуньди приказал войскам Ли Сыци и других генералов выступить на восток, за заставу, и окружить и атаковать Коко-Тэмура, а генералу Гуань Бао — оборонять Тайюань во главе подчиненных ему частей. Коко-Тэмур, получив известие об этом, возмутился, занял своими войсками Тайюань и перебил там всех чиновников, назначенных юаньским правительством. А юаньский император Шуньди в свою очередь указом лишил Коко-Тэмура всех чинов и титулов и приказал всем армиям наступать против него со всех сторон и покарать его. Воспользовавшись таким чрезвычайно благоприятным моментом, юаньчжановская великая армия Северного похода овладела провинцией Шаньдун и захватила Бяньлян; юаньские генералы сдавались и переходили на ее сторону по первому же требованию, никто не оказывал сопротивления, и ни один воин не стоял на ее пути, перед ней капитулировали и малые, и большие города, и китайские, и монгольские, и среднеазиатские чиновники, а генералы бросали города на произвол судьбы и убегали при ее подходе. Поистине она сокрушала все на своем пути, перед ней все рассыпалось в прах.

    Когда был потерян горный проход Тунгуань, генералы Мо Гао и Гуань Бао были схвачены и казнены Коко-Тэмуром. Юаньский император Шуньди только теперь забеспокоился, оказавшись лицом к лицу с двумя противниками, с голыми руками, в безвыходном положении. Как ни верти, но выходило, что лучше всего было мирно уладить дело с Коко-Тэмуром, чтобы тот отразил за него наступление противника. Но вся трудность заключалась в том, что он поступил с тем уж слишком резко и теперь {111} ему неудобно было идти на попятный. Тогда он отнес свои прошлые грехи за счет наследника престола и издал указ о восстановлении Коко-Тэмура во всех чинах и титулах, одновременно приказав ему вместе с Ли Сыци выступить в карательный поход на Юг по разным направлениям. Видя серьезность положения, Коко-Тэмур и Ли Сыци также забеспокоились и стали перегруппировывать и приводить в порядок войска, чтобы выступить против Сюй Да. Но в это время армия Северного похода уже подступила к Даду, спасать столицу уже было поздно. Зная, что пути подхода подкреплений перерезаны и потому трудно защищать город, и боясь попасть в плен, юаньский император Шуньди в 3-ю ночную стражу 28-го дня этой луны (10 сентября 1368 г.) бежал в Шанду со своими женами, наложницами и сыновьями. Во 2-й день 8-й луны (14 сентября 1368 г.) армия Северного похода вошла в Даду.

    Хотя Даду был взят, но у юаньского императора, находившегося в Шанду, по-прежнему сохранялся правительственный аппарат, уцелели главные силы юаньской армии, поэтому вопрос о власти над страной еще никак нельзя было считать решенным окончательно. Сюй Да и Чан Юйчунь перебросили войска и овладели провинциями Шаньси и Шэньси. Они вели бои в течение целого года, с 8-й луны 1-го года Хунъу (1368 г.) до 8-й луны 2-го года Хунъу (1369 г.), и добились победы, в результате которой был освобожден северо-восток страны. В течение этого года юаньская армия не только оказывала решительное сопротивление войскам Северного похода, но у нее оказалось достаточно сил, чтобы предпринять несколько контрнаступлений в больших масштабах. В этом году войскам Чжу Юаньчжана пришлось вести самые ожесточенные и самые трудные бои из всех проведенных во время Северного похода.

    Когда армия Западного похода вошла в южную часть Шаньси из провинции Хэбэй, она была разбита войсками, посланными Коко-Тэмуром с задачей отбить Цзэчжоу. Решив воспользоваться тем, что в Бэйпине (Чжу Юаньчжан переименовал Даду в Бэйпин) войск не было, Коко-Тэмур сам прошел через горный проход Яньмэньгуань, чтобы неожиданно напасть на город. Получив донесение об этом, Сюй Да не пошел обратно на выручку Бэйпину, а прямо ударил по базе Коко-Тэмура Тайюаню. Узнав об этом на полпути, Коко-Тэмур повернул назад и пошел {112} выручать Тайюань. Когда отряд Сюй Да ночью совершил неожиданное нападение на его лагерь, он, не зная, что предпринять, бежал на Север с 18 кавалеристами. Провинция Шаньси была усмирена.

    В 3-ю луну 2-го года Хунъу (1369 г.) армия Западного похода вошла в административный центр округа Фэньюань (современный Сиань, пров. Шэньси). Ли Сыци бежал в Фэнсян, а затем в Линьтао. Великая армия наступала и теснила его, и он, обессиленный, счел за лучшее сдаться ей. В связи с тем что юаньская армия напала на Тунчжоу, воспользовавшись отсутствием там войск, и в Бэйпине также не было крупных сил армии, Чан Юйчунь и Ли Вэньчжун во главе 90 тыс. пехотинцев и конников пошли на выручку Тунчжоу и ударили непосредственно по Шанду. В результате император Шуньди бежал в Монголию, а Бэйпин, который был в опасности, обрел покой. Когда Юйчунь погиб. Ли Вэньчжун во главе войск соединился с великой армией и участвовал вместе с ней в Западном походе. Он осадил Датун и разгромил там части юаньской армии. Юаньский император Шуньди несколько раз организовывал контрнаступление, но каждый раз терпел поражение и нес серьезные потери. Теперь у него уже не было больше сил, чтобы наступать на Юг, и он оставил мысль вернуть себе Даду. В 3-м году Хунъу (1370 г.) он умер, а на престол воссел его наследник Аюрширидара. Великая армия Сюй Да продолжала наступление на Запад.

    Ли Сыци, Кун Син, Торэбэ и братья Чжан Лянби и Чжан Лянчэнь погибли или капитулировали перед армией Сюй Да; из монгольских главнокомандующих оставался лишь Коко-Тэмур, который все еще командовал большой армией и стоял в Нинся; он постоянно нападал на пограничные округа и чинил там грабежи; начальники гарнизонов на границах были вынуждены держать войска в боевой готовности день и ночь, положение там было чрезвычайно напряженным. В 3-м году Хунъу (1370 г.) Юаньчжан снова приказал Сюй Да напасть на Монголию с большой армией; Коко-Тэмур, который в это время осаждал Ланьчжоу, снял осаду и поспешил на выручку, но потерпел сокрушительное поражение и бежал в Кара-Корум (юго-западнее современного Улан-Батора в МНР). В 5-м году (1372 г.) Чжу Юаньчжан снова направил генералов во главе большой армии в наступление на монголов, но эта армия была наголову разбита Коко-Тэмуром, {113} Коко-Тэмур умер в 8-м году Хунъу (1375 г.). В 11-м году Хунъу (1378 г.) умер Аюрширидара, а престол унаследовал его сын Тогус-Тэмур, который по-прежнему имел в своем распоряжении крупные контингенты войск и постоянно совершал набеги на пограничные районы империи Мин.

    После усмирения Севера в 1-ю луну 4-го года Хунъу (1371 г.) Чжу Юаньчжан отправил войска в наступление против государства Ся в Сычуани. Тан Хэ, назначенный на пост командующего карательным походом на Запад, и Чжоу Дэсин и Ляо Юнчжун, назначенные его помощниками, выступили из Цюйтана во главе войск на речных судах и атаковали Чунцин. Фу Юдэ («командир авангарда в карательном походе против рабов») и его помощник Гу Ши выступили из провинций Шэньси и Ганьсу в направлении Чэнду.

    Владетель Ся Мин Юйчжэнь был потомственным землевладельцем, он имел свыше 100 му земли и являлся средним или мелким помещиком. Он был ростом 8 чи, нрава твердого и прямого. При ссорах и спорах в деревне все обращались к нему как к арбитру, так как он пользовался большим авторитетом и доверием в округе. Он воевал в рядах «красных войск», совершил много подвигов в боях и дослужился до чина «великого маршала, командующего войсками, и карателя рабов» (то есть монголов). Он вступил на территорию Сычуани во главе подчиненных ему частей, захватил там ряд городов и провозгласил себя князем Ганьсу и Сычуани (Луншу-ван). В 22-м году Чжичжэн (1362 г.) он объявил себя императором в Чунцине, основав государство Ся и назвав годы своего правления Тяньтун. Новый император оборонял территорию своего государства, обеспечивал населению спокойную жизнь, одаривал и привлекал к службе известных ученых, культивировал бережливость, устраивал экзамены для занятия чиновничьих должностей, брал в качестве налогов и сборов десятину с населения. Он издал приказ о запрещении буддийской и даосской религий и о почитании только учения Майтрейи и всюду строил храмы будды Майтрейи. Мин Юйчжэнь облегчил жизнь солдатам, дал передышку народу, при нем простые люди жили спокойно и с радостью занимались своим хозяйством. Он умер в возрасте тридцати шести лет, пробыв на престоле пять лет. Его сын Мин Шэн наследовал трон десятилетним мальчиком. При {114} нем генералы повели борьбу за власть в стране и стали истреблять друг друга. Государство постепенно пришло в упадок.

    Видя, что большая армия приближается к границе их государства, сясцы решили положиться на естественную преграду — теснину Цюйтан, перекрыли вход в нее перетянутыми через реку канатами, соорудили висячий мост и, протянув канаты, настлали на них доски и сложили груды камней для камнеметов, шесты и трубки с порохом, а на обоих берегах установили катапульты. Они считали, что суда противника здесь никак не пройдут. Действительно, флот Тан Хэ был задержан и в течение трех месяцев не продвинулся ни на шаг.

    Сясцы расположили крупные контингенты войск на восточном фронте, но север их государства был оголен и не оборонялся. Воспользовавшись этим обстоятельством, Фу Юдэ прошел туда и стал брать город за городом. Он бросал в Янцзы дощечки с указанием даты штурма и взятия того или иного города и отправлял адресатам по течению. Тем временем Ляо Юнчжун обошел сяскую армию с фланга и зашел ей в тыл. Он и Тан Хэ атаковали сясцев с обеих сторон, перерубили висячий мост, сожгли канаты и развернули наступление по реке и с суши. Сяские войска не смогли противостоять им, и Мин Шэн капитулировал. Фу Юдэ пошел с армией на Чэнду; начальник обороны города, узнав о падении Чунцина, также сдался. В 10-ю луну (1371 г.) Тан Хэ и другие генералы усмирили все области и уезды Сычуани. Государство Ся погибло.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 34      Главы: <   10.  11.  12.  13.  14.  15.  16.  17.  18.  19.  20. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.