КИНДИТЫ НА СЛУЖБЕ ВИЗАНТИИ - Арабы у границ Византии и Ирана в IV-V вв - Н.В. Пигулевская - Восточная история - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


История Киевской Руси
История Украины
Методология истории
Исторические художественные книги
История России
Церковная история
Древняя история
Восточная история
Исторические личности
История европейских стран
История США

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 21      Главы: <   13.  14.  15.  16.  17.  18.  19.  20.  21.

    КИНДИТЫ НА СЛУЖБЕ ВИЗАНТИИ

    Дальнейшее продвижение киндитов привело их к новым столкновениям, прежде всего с другими арабскими племенами. Лахмиды были им враждебны с первых же шагов, как и сасаниды, под покровительством которых действовали лахмиды. Но и в других областях Передней Азии киндиты натолкнулись на сильный род Салих, или Зоджома. Эти последние выполняли функции охраны византийских границ; укрепиться вдоль них можно было только за счет рода Зоджома. Борьба киндита Худжра с принадлежавшим к роду Салих Зиядом и убийство этого последнего, о котором сообщает Хамза в приведенном выше тексте, отражает действительное положение вещей. Киндиты утверждались, наступая на этот мощный род, с которым покончили, однако, не они, а сменившие и их гасаниды.

    Легендарный и неопределенный характер арабской традиции может быть восполнен сведениями источников, более близких к событиям, сирийских и греческих.

    Хронографы кратко упоминают о нападениях арабов, которым подвергаются области Византии. В одних случаях они называют их общим именем «скинитов», определяя их как кочевников. В других случаях они называют их сарацинами или упоминают наименования племен, с которыми приходилось сражаться ромейским полководцам. Факты, сообщаемые хронографами, касаются различных арабских племен, они имеют отношение как к персидским арабам Хирты, так и к киндитам. Поэтому о сведениях этих источников есть необходимость повторно упоминать в различных главах нашего исследования. Киндиты оказались в ближайшем соседстве с Византией и вступили с ней в непосредственные отношения. Род Салих занимал до них прочную позицию в полупустынных областях империи и у ее границ. Интересы трех различных группировок арабских племен столкнулись, и Византии пришлось решать вопрос, на какие именно ей следует опираться.

    В 491 или 492 г. арабы напали на Эмессу — ’Έμισαν την και Συρίαν περιφανη μητρόπολιν, «преславную митрополию Сирии».42 В начале царствования императора Зенона, которое приходится на 29 января 474 г., в монастырь, находившийся около Эмессы, вступил Авраамий, будущий «многочтимый старец». Через 18 лет он был вынужден его покинуть, уйти в Константинополь, так как в монастырь «пришли сарацины» и захватили его — περι τον οκτωκαιδέκατον της ηλικίας χρονον Σαρακηνων επελθόντων τω αυτω μοναστηρίω ανέβη εις Κονσταντινούπολιν.43

    Κ 497 г. (у Феофана второй год царствования Анастасия) относится нападение арабов, принадлежавших к числу «родов, возглавляемых филархом Нааманом» лахмидом и подчиненных персам.44 Они совершили нападение на Евфратезию. У селения Битрапса в Сирии они были разбиты стратигом Евгением, «усердным в слове и в деле». Об этом нападении «варваров-скинитов» известно и Евагрию, который говорит, что они напали с обеих сторон, в Месопотамии и со стороны Финикии и Палестины.45 Но никаких подробностей и ничьих имен он не дает, так что не остается сомнений в том, что Феофан для своих сведений располагал и другим источником, не только одним Евагрием.

    Вслед за рассказом о победе Евгения хронограф сообщает, что Роман, начальник войск Палестины — ‛Ρωμανός της εν Παλαιστίνη δυνάμεως άρχων, «муж отличный, рассудительный и выносливый», захватил огромное множество пленных во главе с Огаром, сыном Арефы, называемым Талабаном.46 Названный ’Ωγαρος ο τοΰ ’Αρέθα τοΰ της Θαλαβάνης ονομαζομένον παις, известное и по другим источникам лицо, упоминается повторно тем же Феофаном, который знает Арефу, называемого Талабаном, отца Бадикарима и Огара.47

    Дважды упоминая Арефу с его родовым именем Талабан, хронограф этим самым хочет его отличить от его тезки Арефы, «филарха ромеев». Арефа, прозываемый Талабаном, как и его сыновья Худжр-Огар и Бадикарим-Маликарим, принадлежали к киндитам, род которых упоминается в южноарабских надписях.

    До своей победы над Худжром Роман обратил в бегство другого «скинита», по имени Габала, Γαβαλαν ονόματι, который совершал набеги на Палестину. Наконец, византийский полководец «в жестоких битвах» освободил в 498 г.48 остров Иотаба. Последний был в 473 г. захвачен арабами под предводительством Амрулькайса (Аморкеса), принадлежавшего к тем же киндитам. Налог с торговли товарами из Южной Аравии, εξ’Ινδων, должен был теперь вновь поступать Византии.49

    Известный факт захвата острова Иотабы в 473 г. Аморкесом (т. е. Амрулькайсом), сообщенный Малхом, не остался без последствий, хотя захватчик и получил звание филарха «арабов Петры», вероятно, поскольку он сам об этом просил.

    Прокопий, писавший свои «Персидские войны» до 555 г.,50 опускает эти события, а дает лишь описание Акабского залива, города Аила и острова Иотаба. Нет сомнений, что ему известны события, рассказанные Малхом, но он сознательно не упоминает о них, как о событиях, недостаточно приятных для Константинополя. В противовес этому факту он сообщает, что на острове Иотаба издавна проживают иудеи, которые «во времена царствования Юстиниана стали подданными ромеев».51 Этим самым Прокопий хочет польстить императору и тут же выдает то, что он знает о времени, когда остров не подчинялся ромеям. Возвращение Иотабы под власть Византии хорошо известно и Феофану в связи с успешными походами Романа против арабов-скинитов.52

    Если последовательно проанализировать данные Феофана, то получается отчетливая картина попытки общего наступления византийских войск на кочевые арабские племена. Если в Месопотамии и у границ Сирии располагались племена, подчиненные лахмидам, то в Палестине и далее к западу, у берегов Эритрейского моря и на острове Иотаба, арабские племена принадлежали к киндитам. Внимания заслуживает и тот факт, что в то же самое время Габала, отец Арефы (Харита), принадлежавшего к роду гасанидов, совершал набеги на Палестину и вынужден был обратиться в бегство. Это момент, когда, со своей стороны, гасаниды стремились занять место у границ Византии, тем самым вытесняя племена Кинда, но, как видно из приведенного текста, эти попытки далеко не всегда были удачны, так как в борьбе участвовала и третья сторона — Византия, которая, в свою очередь, стремилась привести к повиновению арабов.

    Постоянным врагом киндитов был род Даджама (Зоджома), к которому принадлежал и Зоком, известный по византийским источникам. Ни Даджама-Салих, ни киндиты не завоевали, однако, того положения, которое заняли после них гасаниды.53

    Враги Худжра из рода Даджама-Салих были до появления гасанидов «вассалами Византии» и с конца IV до конца V в. оберегали границы Сирии для Константинополя.54

    Власть гасанидов стала возможной лишь после того, когда доминирующее положение было утеряно не только родом Салих, но и родом Кинда. Эти последние занимали длительно господствующее положение, имея в своем подчинении мощные племена, в том числе Маад, и опирались на приток живой силы из Аравийского полуострова, откуда они пришли. Оттуда же двинулись и гасаниды. Движение арабов в эти области Азии были постоянны и повторны, они завершились завоеваниями мусульман.

    На четвертый год после предшествующих сообщений Феофана о победах Романа, которые следует отнести к 498 г.,55 в 502 г. сообщается о новом нападении арабов на Финикию, Сирию и Палестину.56 Эти набеги совершались под предводительством киндита Бадикарима, брата Огара — Худжра. О Бадикариме (Маликариме) хронограф говорит, что он «подобно ветру напал на эти места и еще быстрее, чем нападал, удалялся с добычей, так что, преследуя их, Роман никогда не мог схватить врагов».57

    Такие нападения для Византии были, несомненно, тяжелыми. Осенью 502 г. дипломатические усилия империи завершились успехом — был заключен мир с Арефой, «называемым Талабаном». Чтобы уточнить то, что мир был установлен именно с киндитом Арефой, добавлено, что это был «отец Бадикарима и Огара».58 Видимо, и порядок наименования сыновей, сначала младшего Бадикарима, потом старшего Худжра, указывает на то, что последний находился в других областях, а Бадикарим действовал, заменив своего брата.59

    Заключив этот мир, Византия могла рассчитывать на защиту от нападений персидских арабов.

    Ряд событий связывается и другими источниками — с именем Талаба или Талабана, принадлежавшего арабскому роду, который активно действовал против лахмидов, находясь под покровительством Византии. Споры относительно того, принадлежали ли талабиты к киндитам или гасанидам, не закончены. Ротштейн причислял Талаба к киндитским племенам,60 И. Кавар причисляет талабитов к родам гасанидов. Ясно и хорошо написал еще Т. Нельдеке, что следует оставаться верным традициям Хамзы, согласно которым первым привел гасанидов в Сирию Талаба ибн Амр, как утверждает и Ибн Кутейба.61 Наряду с этим мать киндита Арефы Талабана считалась принадлежавшей к дому Гафна.62 Южноарабские надписи из Саудовской Аравии подтверждают эти связи. И те и другие — выходцы из Хадрамаута.

    Маадеи, над которыми воцарились представители киндитов, до этого в общей вражде арабских племен были ближе всего к лахмидам. Когда династия киндитов была разбита, то маадеи как бы вернулись вновь к прежнему положению и связали свою судьбу с лахмидами. Достаточно вспомнить о том, что маадеи были в лагере лахмидов, как сообщает об этом Симеон Бетаршамский в своем послании.

    Гасаниды вытеснили род Зоджома (Салих), а киндиты были вынуждены уступить им место и в провинции Палестина 3-я у Аила и острова Иотабы. В большой надписи Абрахи (С. I. Н. 541), относящейся к 547 г. н. э., упомянуты два брата Абукариб и Харит, отцом которых был Джабала (Габала) гасанид.63 Следовательно, гасанидам были вынуждены уступить не только салихиды, но и киндиты, так как Абукариб ибн Джабала был «филархом сарацин Палестины» и областей, принадлежавших в прошлом Набатее.

    Род Талаба, «арабы ромейские, называемые дома „Талаба“» —       , известен и сирийской хронике Иешу Стилита. В самый разгар войны 502 и 503 гг., когда шаханшах Кавад опустошил ряд областей Междуречья и осаждал Амид (с октября 502 г.), он неоднократно посылал войска персидских арабов под командованием царя Наамана (Нумана) лахмида для отдельных нападений. Так, 26 месяца тишри второго (ноября) 502 г. Нааман проник со своими войсками с юга в области Харрана, грабил, брал в плен, разорял и дошел до самой Эдессы. В 503 г. «персидские арабы» двинулись к городу Хабору у одноименной реки. Но нападение отбил и их уничтожил дука Каллиника (Ракки) Тимострат. Еще более решительный удар был нанесен «персидским арабам» в самой Хирте. «Также и арабы ромейские, называемые талабитами ( ), отправились в Хирту Нааманову и нашли караван, который направлялся к нему [Нааману], и верблюдов, нагруженных для него. Они напали на них, уничтожили их и захватили верблюдов; в Хирте же они не остановились, потому что она удалилась в пустыню».64 Иешу Стилит, как известно, был современником событий, которые он описывал. Следовательно, в 503 г. талабиты выполняли обязанности защиты византийских границ, и нападение на Хирту было действенным контрударом по лахмидам. Мир, заключенный при Анастасии с киндитом Харитом в 502 г., обеспечил выступление подчиненного ему племени Талаба, которое в 503 г. совершило нападение на Хирту. Разорение Хирты имело место еще при жизни Наамана, принявшего участие в битве с ромейскими войсками, которые возглавлял Патрикий. Хотя войска Византии отступили, перешли Евфрат и «спаслись в город Шамишат», Самосату, но в этой битве Нааман был ранен: «Распухла рана, которая была ему нанесена в голову, и весь его череп воспалился. Он встал и пошел в свою палатку; этой болезнью он болел два дня и умер» в августе 503 г.65 Кавад «поставил царя вместо Наамана», но имя его не названо, как не назван и возглавлявший талабитов вождь. Сын Наамана Мундар не наследовал своему отцу непосредственно, до него около трех лет правил Абу Яфур, который, не будучи прямым наследником, принадлежал к царскому роду лахмидов. Наряду с этим арабские источники сообщают также об особом положении, которое занял в эти годы киндит Харит в Ираке и прилегавших к нему областях, соперничая с лахмидом Мундаром. В «Анналах» Хамзы нет истории Амра, сына Худжра и отца Харита. Справедливо предположение, что он был маленьким царьком над какой-нибудь из ветвей племен Кинда и не занял положения своего отца Худжра; он также, вероятно, зависел от химьяритов.66

    Новые, блестящие страницы истории княжеского рода Кинда на севере связаны с именем Харита ибн Амра, того самого, которого византийские летописи называют Арефой Талабаном и отличают от Арефы, сына Габалы гафнида. С киндитом Арефой и был заключен мир 502 г. при императоре Анастасии.

    Киндит Харит ибн Амр упоминается в «Анналах» Хамзы дважды: один раз в девятой книге, посвященной киндитам, и во второй раз в шестой книге, посвященной лахмидам.

    В девятой книге Харит назван «ал Максур ибн Амр», что является ошибкой, уже отмеченной исследователями. Прозвание «ал Максур» было присвоено не Хариту, а его отцу Амру, как известно из других источников.67 Харит образовал свое государство в Неджде и был современником Кавада, «сына Пероза», сторонника «зиндиков». Под его властью был ряд племен, живших в Неджде, и «держал Харит царство над Маадом» —    68 — до времени Аношервана.

    В истории лахмидов Хамза называет Харита сыном Амра, внуком Худжра Акил ал Мурара, и сообщает, что он захватил Хирту и господство в государстве лахмидов, обратив в бегство Мундара ибн Амрулькайса.69 Захват Хирты киндитом связывается в «Анналах» с историей Пероза и Кавада. Неудачи Пероза в борьбе с эфталитами, его походы в Хорасан, пребывание Кавада в плену в качестве заложника и, наконец, склонность последнего к маздакизму — все это связывается Хамзой с тем фактом, что Харит будто бы захватил власть над лахмидским государством. С победой Хосрова над маздакитами вновь становится царем лахмид Мундар, который восстанавливает свою власть над Хиртой и возвращает господство этой династии, о чем подробно рассказано в главе, посвященной истории лахмидов.

    По сведениям Хишама, ссылающегося в этом случае, как и в ряде других, на своего отца, имя киндита Харита ибн Амра ибн Худжра в перечне царей Хирты не упоминалось. Традиция записи царей лахмидского государства известна из ряда источников. Имя Харита в этих записях отсутствует, это было тем более возможно сделать, что престол Хирты был будто бы отнят у Мундара, сына Амрулькайса, который затем вновь вернул себе царство. Имя захватчика, принадлежавшего другому роду, роду Кинда, было из этих записей изъято.70

    Преследуемый Мундаром, Харит обратился в бегство, его сыновья враждовали между собою, и власть киндитских царей пришла в полный упадок. Могущество и первенство перешли к семье Джабала ибн Адай ибн Рабийа ибн Моавиа. Джабала известен по византийским источникам как Габала. После него «Анналы» называют царями Мадикариба его сына и внука Кайса.71

    С большими подробностями, в ряде случаев, возможно, и легендарного характера, рассказывает о них Табари, сообщения которого даны с ссылкой на того же Хишама.

    Киндит Харит ибн Амр ибн Худжр был племянником Туббы, сыном его сестры, и был послан Туббой с большим войском в области племени Маад, в Хирту и расположенные вокруг нее земли. Харит победил и убил Нумана ибн Амрулькайса ибн Закика, всю его семью и захватил его царство. В живых остался лишь один Мундар, сын Нумана. Таким образом, у Табари 72 победа Харита была одержана над Нуманом, а не над Мундаром, который затем вновь вернул себе царство, как это считает Хамза. Утверждение киндитского рода в областях Ирака не подлежит сомнению, так как об этом говорят все источники. Можно утверждать, что часть этих областей подпала под власть Харита, так как во время маздакитской смуты он получил поддержку Кавада. Другая часть этих областей оставалась под властью лахмидов, царем которых был Мундар, сын Наамана. Поход Харита на Хирту, ее жестокое разграбление также хорошо известны арабским источникам. Сирийские источники знают о нападении таалабитов и относят это событие к 503 г. С ослаблением движения маздакитов положение Харита стало менее прочным, а власть Мундара возросла. Окончательная и кровавая развязка этого положения относится к 528 г., когда борьба между киндитами и лахмидами привела к военным действиям, в которых приняли участие не только многочисленные арабские отряды различных племен, но и византийские войска.

    Царь киндитов Харит оставался в течение этого времени ромейским филархом и, следовательно, нес обязанности по охране границ Византии. Но наступил момент, когда и с этой стороны положение Харита стало непрочным. Между ним и силентиарием Диомедом, дукой Палестины, возникла вражда. Опасаясь византийского полководца, Харит, Арефа греческой хроники, «удалился к внутренним пределам, к Индике» — о δε ’Αρέτας φοβηθεΐς εισήλδεν εις το ενδότερον λίμιτον επ’ τα ’Ινδικά.73 Известно, что «Индика» и «Индия» у Малалы и у других византийских авторов этого времени обозначала не собственно Индию, а области Аравийского полуострова, чаще всего Южную Аравию. Харит, не имевший прочного положения в Ираке, оказавшись во враждебных отношениях с палестинским дукой, «убоялся» и отправился к «внутренним пределам», т. е. к границам Византии, к Индике, следовательно, к Аравии. Если принять во внимание, что киндитское государство занимало области центральной Аравии, где в его состав входили не только киндитские, но и маадейские племена, то совершенно ясно, что Харит двинулся именно в направлении этих областей, где он мог рассчитывать на поддержку. Мундар лахмид, по-видимому, не переставал следить за своим врагом и узнал об этих событиях. «Аламундар, сарацин персов, набросился на филарха ромеев, схватил и убил его».74

    Большое войско Мундара заставило императора Юстиниана принять срочные меры. Ближайшие территориально начальники византийских войск, распределенных по провинциям Финикии, Аравии и Месопотамии или Евфратезии, должны были срочно, по его приказу, двинуться на расправу с лахмидом. В походе приняли участие и арабские филархи.

    В связи со спорами, которые возникли в последнее время вновь по поводу звания филарха, этот текст Малалы представляет особый интерес. Здесь названо несколько филархов по именам, а про Юстиниана говорится, что он дал приказ выступить «филархам епархий». Названные «филарх Арефа, Гнуф и Нааман» были этими филархами. Если убитый Аламундаром «филарх Арефа» был Харитом ибн Амр киндитом, то второй, названный филархом Арефа из числа сражавшихся против Мундара был гасанидом Арефой, сыном Габалы.75 Это значит, что гасаниды уже вступили на путь связи с Византией. «Конец Салиха», т. е. князей Зоджома (Даджама), дал возможность гасанидам усилиться в самом начале столетия; теперь ослабление и гибель наиболее сильного из рода Киддат (Кинда) открывали им новые пути к господству.

    Организация Византией «варварской периферии» носила особые черты. Племенная ее организация не нарушалась, а как бы подвергалась известному контролю. Из текста Малалы очевидно, что филархов было несколько, а не один, и они были филархами в пределах отдельных территориальных единиц — епархий. Названные после «филарха Арефы» Гнуф и Нааман, очевидно, тоже принадлежали к числу епархиальных филархов 76 и, как можно предполагать, были родственниками гасанидов или принадлежали к их роду. Из числа филархов своим положением выделялся Арефа, он и назван первым, но он не занимал какого-нибудь исключительного положения, оно досталось ему позднее; здесь он лишь один из нескольких филархов.

    Для истории киндитских племен и характеристики положения, которое они заняли в политической истории Ближнего Востока, новые сведения дали сабейские надписи. Опубликованная проф. Рикмансом надпись 510 (Ry 510), относящаяся к 516 г. н. э., найденная у вади Масиль, проанализирована нами в главе, посвященной истории лахмидов. Представляется правильным толковать эту надпись как свидетельство борьбы северного и южного арабских царств, возглавленных царем Хирты — Мундаром III и царем Химьяра — Мадикарибом. Надпись, составленная от имени Мадикариба, наряду с племенами Саба, Химьяр, Рахабатан и Хадрамаут называет «своих арабов», т. е. бедуинов Киддат, Масхидж «вместе с бану Таалабат».77 Киндиты, как об этом было сказано выше, образовали свое государство в центральных областях Аравии. Представители царского рода этих племен укрепились в Финиконе, на острове Иотабе и на берегах Акабского залива у самых границ Византии. Они были враждебны лахмидам. Племена Таалаба, родственные киндитам, находились в открытой вражде с лахмидами, так как сражались на стороне Византии в войне 503 г., напали на Хирту в отсутствие Мундара и разграбили ее. Киндиты центральной Аравии продолжали поддерживать связь с Химьяром, тем более, что часть их племен осталась по-прежнему в Южной Аравии и, как об этом свидетельствуют надписи, выступала в военных походах химьяритов с ними. И данная надпись Ry 510 знает киндитов как союзников царя Мадикариба,78 того самого, которому мученица Рума предоставляла займы.79

    Химьяритский царь отправился в поход со своими племенами (b’š‛bhmw), в числе которых названы Саба, Химьяр, Рахабатан, Хадрамаут. Эти имена племен (ŝ‛b) совпадают с географическими названиями отдельных областей Южной Аравии. Далее в тексте надписи (строки 7-я и 8-я) особо выделена другая группа войск. Они выступили «и с его [царя] арабами» wb‛m/’‛rbhmw. Наименование «арабы» в надписях обычно передается исследователями словом «бедуины», с целью указать на то, что в этих случаях имеют в виду иной характер населения, номадов. К числу «бедуинов» надпись причисляет Киддат и Масхидж «вместе с бану Таалабат». Эта часть войска Мадикариба приведена под племенными названиями, которые не могут быть приурочены географически, как это имело место в случае с š‛b, что дополнительно может считаться указанием на их кочевое или полукочевое состояние.

    Киндиты были в открытой вражде с лахмидами в областях, граничивших с Византией. Масхидж упоминаются с киндитами неоднократно, не только здесь, но и в надписи Ry 508 в строке 7-й они названы вместе. Арабов племени Масхидж сирийский епископ встретил и в лагере лахмида Мундара III в 524 г. Что касается бану Таалаба, то так следует читать имя в надписи, а не Tulabat; оно пишется с «аином» в сабейском, как и в сирийском. Это известные таалабиты,  сирийской хроники, которые сражались против лахмидов. Кинда, Масхидж и бану Таалаба составляли группу арабских племен, союзников Химьяра.

    В первой четверти VI в. государство химьяритов претендовало на первенствующее положение в центральных областях Аравии. Группы племен, часть которых выселилась на север, за пределы полуострова, продолжали сохранять связь с основной частью племени на юге. Враги — арабы (‛rbn), против которых был направлен поход Мадикариба, не названы, но то, что именно Мундар заключил с ним мир (строка 8-я), не оставляет сомнения, что эти враги Химьяра были союзниками Мундара. Месяц Зу Кайзан 631 г. надписи позволяет ее датировать 516 г. н. э.

    В своей вражде с киндитами лахмиды, конечно, не оставили без внимания возможность их беспокоить в Аравии, тем более что этим они досаждали и Химьяру и в известной мере Византии, вызывая тревогу за спокойствие торговых дорог. Именно в эти годы Харит ибн Амр занял видное положение у границ Византии и укрепил свою власть с центром в городе Амбаре в Ираке. Общее состояние Ирана в связи с маздакитским движением способствовало тому, что Харит имел поддержку в шаханшахе Каваде. Конечно, это вызывало противодействие воинственного Мундара, и инцидент 516 г. н. э. в Аравии был одним из эпизодов этой борьбы.

    В первой четверти VI в. государство киндитов, образовавшееся еще в половине V в., включало целый ряд арабских племен, среди которых маадеи являлись одним из самых сильных, тем более что они издавна занимали территории в центральной Аравии. Цари из рода Кинда, возглавлявшие это государство, находились в родстве с родом царей Химьяра и под их покровительством. Но положение стало постепенно меняться. В 516 г. (год Ry 510) Мундар как бы прощупал силы этого государства. По-видимому, генеральное сражение не имело места, но лахмидам пришлось заключить мир с племенами центральной Аравии, так как войска Мадикариба являлись для них угрозой. Таким образом, киндиты и племена Масхидж состояли в войсках царя Мадикариба в 516 г. Через два года имел место поход против Неджрана Юсуфа Асара, известного и под именем Зу Нуваса, царя Химьяра, гонителя христианства. Об этом свидетельствуют две надписи, найденные одна (Ry 508) у Каукаба в 160 км северо-восточнее Неджрана, другая (Ry 507) — у Химы в 85 км северо-восточнее того же Неджрана.80 Обе надписи датированы одним и тем же 633 г. химьяритской эры, соответствующим 518 г. н. э.; в них сообщается о походах на Неджран и на Зафар. Полководцем одного отряда был назначен Шарахиль Зу Язан; он и воздвиг надпись Ry 507 (строка 9-я). В надписи Ry 508 действует его сын Шарахиль Якбул, сражавшийся с эфиопскими войсками в Зафаре. Шарахиля сопровождают племена Хамдан и «арабы», т. е. бедуины Кинда, Мурад и Масхидж (Ry 508, строка 7-я).81 Племена Масхидж известны и выше упоминались вместе с киндитами и в северной Аравии. По происхождению они были из Катабана, но, как и киндиты, частями передвинулись на север. Среди них были оседлые племена и кочевые. Участвовавшие в походе Шарахиля принадлежали к племенам, находившимся на территории Южной Аравии.

    Решительным переломом в судьбе киндитов была, конечно, утеря их положения в Ираке, когда верхушка маздакитского движения была казнена. Харит ибн Амр был выбит Мундаром. Ссора киндита с дукой Палестины развязала руки лахмидам, бегство Харита ему не помогло, его настигли и убили. Это событие 528 г. отразилось на общем положении киндитов; члены рода Кинда продолжают, однако, участвовать в политической жизни Ближнего Востока. Губительной для их господства оказалась вражда между сыновьями Харита Шарахбилем и Саламой; ее историю сохранила и приукрасила арабская традиция. В «днях арабов» эта борьба известна как «день ал Кулаб», когда сразились братья. Силы Шарахбиля были представлены частью племен Ханзала и Тамим, с ними он пришел к ал Кулабу, месту, которое следует искать между Куфой и Басрой. Туда же двинулся Салама с племенами Таглиб и частями тех же племен бану Тамим и Ханзала.82 Хотя рассказы «о днях» и вызывают известное доверие, но все же исследователю следует к ним подходить критически, их детали носят легендарный характер, не говоря о том, что ahbar — рассказы и вообще требуют самого тщательного отбора.83 Битву ал Кулаб следует относить к 530 г., что соответствует и общему положению киндитов после смерти Харита, и тому, что длившаяся сорок лет война al Basūs началась около 490 г.84 Победителем в сражении ал Кулаб оказался Салама. Предшествующие эпизоды этой длительной войны между племенами Бакр и Таглиб приурочены к Иемаме или юго-восточным областям Неджда. Последнее действие разыгрывается у рубежей Ирака, свидетельствуя о передвижении и переселении этих племен в области северо-восточной Аравии и Месопотамии.

    Деятельность сына Саламы, Кайса, находится в самой тесной связи с политикой Византии, так что событиям, в которых он участвовал, посвящена особая глава. Арабская традиция сохранила лишь сообщение о том, что Кайс ибн Салама ибн Харит был выбит из знаменитой резиденции и дворца Хаварнак Хиртского государства Мундаром III.85

    Беспокойство, которое проявляла Византия по поводу Кайса и его «филархии» в центральной Аравии, свидетельствует о том значении, которое имело это государство киндитов. Его слабым звеном были маадеи, проявлявшие стремление к самостоятельности; они чаще других племен выходили из повиновения.

    Киндиты сохранили свое положение и в Южной Аравии, где Язид ибн Кибшат (Кабшат) был назначен Абрахой наместником «над Киддат», т. е. над киндитами.86 Все основания предполагать, что Язид был из рода царей Кинда, которые, как известно, были родственны династии химьяритских царей. Хотя Язид и был назначен Абрахой, но, с одной стороны, узы родства связывали его с древней династией, Абраха же был «чужим» и узурпатором. С другой стороны, в Химьяре были сильны тенденции, противоположные направлению политики Абрахи, тяготение к Ирану, стремление к обособлению, независимости. Язид нарушил верность Абрахе и восстал в 542 г. В знаменитой Марибской надписи CIH 541 рядом с ним названы представители других знатных родов; все они были из высшего господствующего слоя. Язид ибн Кибшат опирался на киндитские племена, составлявшие союз племен, государственное объединение в восточных областях Южной Аравии.87 С вождями восстали племена. Однако, действуя и военным и мирным путем, Абраха подавил мятеж и добился примирения с вождями движения. Другая часть кайлей («князей») осталась в отношении него «мирными». Ко времени, когда была составлена надпись Марибской плотины, к 543 г., весь Химьяр был умиротворен.88 В данном случае существенно отметить, что в центре восстания был киндит и объединение племен, ему подчиненных. По свидетельству надписи, он был «его», т. е. Абрахи, «наместником» — , «халифом» у Кинда. Следовательно, в областях Южной Аравии эти племена продолжали занимать прежнее, первенствующее положение и в 40-х годах. Иначе сложились судьбы киндитов в 30-х и 40-х годах в центральной Аравии и на севере, у границ Сирии и Месопотамии.

    О киндите Амрулькайсе, Аморкесе византийских источников, и Финиконе имеется достаточно сведений, как и о другом киндите Кайсе, вызванном из Неджда для того, чтобы стать филархом «петрейских арабов» Византии. В соответствующей главе сообщены все подробности, здесь же следует отметить тесную связь киндитских родов на всем протяжении занятых ими территорий на Аравийском полуострове и в Передней Азии. Подчиненные их царскому роду племена и образованные им государственные объединения поддерживали в какой-то мере друг друга, хотя они никогда не составляли единого и сильного организма, каким было Хиртское царство. Смерть Харита ибн Амра в 528 г. привела к ослаблению киндитов на севере, которым не замедлили воспользоваться гасаниды, и до этого стремившиеся занять вместо них положение федератов Византии. Они в этом успели, так как области Пéтры, побережье Акабского залива, Иотаба отошли к гасаниду Абукарибу ибн Джабала (Габала), брату Харита (Арефы), что имело место до 543 г., года Марибской надписи, в которой упомянуты посольства обоих братьев к Абрахе.

    Еще более ясное свидетельство ослабления киндитов и в Неджде имеется в сабейских надписях, как в надписи 547 г. (Ry 506), которая неоднократно переводилась и комментировалась специалистами. Эта надпись была найдена у колодца Мурайгхан, в стороне от обычных дорог, которые тянутся из Йемена в Мекку.89 Из надписи явствует, что царь химьяритов Абраха предпринял поход против восставших племен маадеев и «бану Амирим». К этому времени мааден уже не были подчинены киндитам и вышли из круга влияния Южной Аравии. Их «восстание» против Химьяра можно принять чисто условно, так как из текста надписи очевидно, что судьбы маадеев находились в руках лахмидов, которые ставили им наместников и вступали за них в переговоры. Государства киндитов, как оно известно при членах династии Худжра Акиль ал Мурара, в 40-х годах не существовало. Вследствие того, что это государство распалось, входившие в него племена связали свою судьбу с другими государствами; так сильные племена Маад примкнули к лахмидам. Главные силы арабов юга, возглавленные Абрахой в 547 г. (надпись Ry 506), были направлены против маадеев, разбитых при Халибане. Киндиты составляли, наряду с саадитами, два отряда войск Химьяра, которые были посланы против «бану Амирим». Военачальником войск Кинда в этом походе был Абу Джабар; по общему положению, принятому в племенном строю войск, он был сам киндитом, чему отвечает и его имя, традиционное в их роде. В том, что Маад находился в подчинении у лахмидов, нет никакого сомнения,90 так как Амр, сын Мундара и Хинд, будущий царь Хирты, считался «халифом», наместником лахмидов у них (строка 8-я надписи sthlfhw от hlf). Именно против маадеев были посланы отряды киндитов. Можно было предполагать, что они будут стремиться наказать их и вернуть себе прежнюю власть над Маадом. Одержанная войсками химьяритского царя и союзниками победа вынудила лахмидов дать заложников, тем самым создать известные гарантии для Химьяра, предотвратить новые нападения из центральной Аравии. Это и было выполнено Амром ибн Мундаром.91 Таким образом, киндиты находятся в союзных войсках Химьяра в 547 г. И до этого киндиты ходили в поход против Неджрана с войсками Шарахбиля Якмула в 518 г., которые были посланы царем-гонителем Юсуфом Асаром, известным сирийским источникам как Масрук.92 Если верить ал Хамдани, то Кинда из центральной Аравии и из восточных областей двинулись в Хадрамаут в количестве более 30 тысяч. Побежденные, они основали «в Хадрамауте новое государство», а названное количество составляло «две последние волны их вторжения».93

    Представляется необходимым несколько уточнить вопрос о положении киндитов в Южной Аравии, откуда они не только были выходцами, но и где оставалось большое количество их племен, сохранивших самостоятельное положение. Выступив в центральные области и основав там государство в середине V в., они не потеряли ни связи с племенами, оставшимися на юге, ни поддержки, которую они имели в лице химьяритских царей. Двинувшись из центральных областей на север, северо-запад и северо-восток, киндиты заняли выдающееся положение федератов Византии, не только угрожая лахмидам, но в благоприятное для себя время укрепились у границ Ирана, в пределах самой Хирты. Таким образом, с именами киндитских царей оказалось связанным в V—VI вв. большое пространство Передней Азии, как бы намечая контуры географической карты халифата. Упоминаются киндитские племена Хадрамаута, Неджда; царям Кинда принадлежал Финикон в северо-западной части полуострова, Синайский полуостров, во всяком случае, какая-то его часть, остров Иотаба. Филархи из рода Кинда правят «арабами лагерей» второй и третьей Палестины, а их родичи Таалаба отбивают нападения лахмидов в Месопотамии. Такое распространение киндитов ни в какой мере не позволяет, однако, говорить о государстве киндитов, которое имело бы такие географические пределы. Вопрос о них гораздо сложнее и связан с определенным этапом общественного развития арабских племен и образованием союзов племен.

    Приведенные выше тексты и материалы о киндитах не вызывают сомнения, что как в Хадрамауте, так и в Неджде сосредоточивалось значительное число киндитских племен или родственных им. Покоренные ими арабы, насколько позволяют судить источники, сохраняли известную самостоятельность, что при племенном строе было неизбежно, так как во главе племен сохранялись старейшины и племенной военачальник. Это особенно ясно на примере маадеев, которые, находясь в подчинении у киндитов, а позднее у лахмидов, называются и надписями, и нарративными источниками отдельно от них. Сохраняя свое племенное название, они и на войне были верны привычному племенному военному строю, с вождем-царем, который ими командовал. Но при этом в отдельных случаях, как например в 547 г. (надпись Ry 506), во главе «Киддат» был поставлен царем Абрахой некий Абгабар. Очень возможно, что он был киндитом. Однако надпись особо говорит о его назначении (wdky) царем Абрахой над киндитами (b’m/kdt); отсюда можно предположить, что это не обычный их вождь. Он мог быть киндптом, но специально назначенным Абрахой, он мог быть и из другого племени: но был поставлен военачальником данных отрядов. И в том и в другом случае это было особое назначение, отмеченное надписью. Приведенное выше свидетельство ал Хамдани о миграции киндитов в Хадрамаут говорит о многочисленности этих племен в центральной и западной Аравии. Племена сохраняли память о своем родстве, об общем царе или военачальнике, но нет никаких оснований предполагать, что киндитское государственное объединение центральной Аравии и племена, оставшиеся на юге, составляли единое государство. Представляется, что это были раздельные союзы племен, возможно, находившиеся в известный период в подчинении или в зависимости от Химьяра.

    Напоминая еще раз, что история наиболее западной части Азии, куда проникли и где царствовали киндиты, выделена в особую главу, в которой рассмотрены судьбы Финикона и острова Иотабы, следует вернуться к междоусобию. Оно закончилось победой Саламы, но царства как такового уже не существовало, это были лишь его обломки.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 21      Главы: <   13.  14.  15.  16.  17.  18.  19.  20.  21.





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.