2. ПОСЛЕДНИЕ ДНИ «НОВОЙ ДЕМОКРАТИИ» - ИСТОРИЯ США. Т.2 - Автор неизвестен - История США - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


История Киевской Руси
История Украины
Методология истории
Исторические художественные книги
История России
Церковная история
Древняя история
Восточная история
Исторические личности
История европейских стран
История США

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 105      Главы: <   66.  67.  68.  69.  70.  71.  72.  73.  74.  75.  76. > 

    2. ПОСЛЕДНИЕ ДНИ «НОВОЙ ДЕМОКРАТИИ»

    Начало войны в Европе, а также кризис и безработица в США выз­вали временное ослабление классовой борьбы в этой стране. Но вскоре она пережила новый, еще более грозный подъем рабочего, фермерского и общедемократического (в форме антивоенного) движений. Крупная монополистическая буржуазия, консервативные буржуазные круги пред­лагали следовать жестким курсом. Хозяева «Ю. С. стил корпорейшн», «Стандард ойл», медных и прочих трестов верили в свои возможности задушить выступления рабочих открытым насилием. С ними была со­лидарна Национальная ассоциация промышленников (НАП), которая объединяла владельцев 3700 предприятий, нанимавших более 3 млн. ра­бочих. НАП отвергала все формы организации трудящихся, требовала запретить стачки и другие средства борьбы пролетариата, в принципе возражала против любого трудового законодательства, соглашаясь в-крайнем случае лишь на законы о безопасности на производстве и ком­пенсации пострадавших. Эти круги раздражало слишком большое вме­шательство правительства в частный бизнес 14.

    Разгром стачек и профсоюзов в 1914—1916 гг. на шахтах Колорадо* и Аризоны, на сталелитейных и нефтяных заводах Нью-Джерси и Огайо демонстрировал методы «решения» трудовых конфликтов крупным капи­талом. Выражая его позицию, «Коммершиал энд файненшиал кроникл» писал в марте 1916 г.: «Если рабочие будут наступать, то лучший способ держать организованных рабочих в рамках мира и приличия — это встретить их лицом к лицу и бить... не сгибаться перед ними и не сдаваться».

    Однако представители «передовой», современной, образованной бур­жуазии понимали недостаточность и даже опасность таких методов. Они поддерживали и в годы войны социальные реформы как средство против-социальной революции. Идеологи реформизма проповедовали «организа­цию капитализма» под эгидой государства и защищали государственное регулирование социальных отношений. Они порицали «промышленный феодализм»   и   насилие   менее   «интеллигентных»   предпринимателей   и

    предлагали принять идеи «индустриальной демократии»15, включавшие признание профсоюзов, допущение экономических стачек и разнообраз­ные социальные реформы. Некоторые из этих идеологов предлагали даже включить профсоюзы в структуру буржуазного общества и государства и превратить их в послушное орудие против радикального рабочего дви­жения и социалистов.

    Правительство Вильсона, занимавшего прежде в рабочем вопросе умеренно-либеральную позицию, должно было избрать курс, отвечаю­щий общим интересам империалистической буржуазии. Выбор такого курса оказался делом сложным; президент и лидеры конгресса манев­рировали, стараясь приспособиться к давлению различных социальных и политических сил. В течение первых военных лет, отмеченных упад­ком демократических движений, Вильсон легко отказался от обещанных в программе «новой свободы» социальных реформ. Этому способствовали и внутренние условия, в частности усиление антирабочих реакционных настроений. По всей стране прокатилась волна судебных процессов, по­лицейских провокаций и расправ с деятелями и активистами рабочего движения, особенно с членами ИРМ. Жертвой террора оказался и певец ИРМ, поэт, автор боевых песен американских рабочих Джо Хилл. Многие ирмовцы были убиты без суда и следствия.

    Основные усилия реакции были направлены в тот период на разгром уже принятого в ходе многолетних битв и под огромным давлением ра­бочих социального законодательства. Главным орудием его сокрушения был Верховный суд, состоявший из реакционеров, назначенных еще президентом У. Тафтом. Самым характерным и наиболее важным по пос­ледствиям явилось решение Верховного суда от 25 января 1915 г. по широко известному делу профсоюза шляпников из г. Данбери. Решение это объявило незаконным средством бойкот товаров, применявшийся ста­чечниками, что явилось прецедентом для судебного преследования рабо­чих организаций. «Реакционная волна прокатилась по стране и ослаби­ла поддержку тех, кто был верным другом трудового законодательства»,— отмечалось в одном обзоре16. В конгрессе была «заморожена» серия .законов о труде, а президент Вильсон, объявив в октябре 1914 г. (после принятия закона Клейтона) о завершении «новой свободы», открыто порвал с «реформаторами социальной справедливости» из рабоче-фермер-ских кругов.

    Позиция Вильсона способствовала задержке и отклонению ряда за­конопроектов по рабочему вопросу. Исключением оказался лишь закон Лафоллетта, принятый в марте 1915 г., несмотря на яростную оппози­цию судовладельцев и кругов, с ними связанных. Этот закон действи­тельно улучшил условия труда примерно 300 тыс. моряков и рыбаков. Однако принятие его не меняло в целом враждебную политику админи­страции Вильсона по отношению к рабочему классу, да и продиктовано было не заботой о тружениках моря, а стремлением увеличить морскую мощь США. В послании конгрессу в декабре 1915 г. Вильсон не обе­щал каких-либо существенных мер социального законодательства на 1916 г.

    Забастовочная борьба вызывала у президента США явное раздраже-

    ние   Он выступил с «разоблачением» профсоюзов, обвиняя их в  «сдаче гepманским агентам», угрожал  репрессиями всем,  кто   «вливает  яд нелoяльности  в   артерии  национальной   жизни» 17,  имея  в   виду  слишком большое, по его мнению, число стачечников. Но убедившись, что запугивание не  помогает,  что  сила  рабочего  движения  растет,  учащаются мaccовые   антимилитаристские   выступления   и   оживают   в   этой   связи давние  антимонополистические   настроения,   Вильсон  вновь  вернулся  к проповедям классового партнерства, гуманизации социальных отношений и даже стал говорить о возможности руководить отношениями классов, используя влияние и инициативу правительства.

    23 сентября 1916 г. президент США опубликовал специальное обра­щение «Труд и капитал» и первый раз в истории АФТ участвовал в церемонии освящения нового здания федерации в Вашингтоне. Прези­дент АФТ С. Гомперс впервые был включен в государственный ор­ган — Совещательную    комиссию    при    СНО.    В    преддверии    выборов

    1916        г. Вильсон обещал, в случае вторичного избрания, «привести труд

    и капитал к ясному пониманию общности интересов» 18.

    Демократы в конгрессе подхватили инициативу президента и дали ход давно обсужденным и пылившимся в его комитетах социальным законопроектам. Среди них были: закон Китинга — Оуэна, запрещавший применение детского труда в производстве товаров для межштатной торговли (в 1918 г. Верховный суд объявил его неконституционным); закон Керна — Макгиллакуди о компенсациях при несчастных случаях на работе лицам, занятым на государственных предприятиях, касавший­ся   примерно   полумиллиона   служащих   и   рабочих.   Стал   законом   в

    1917        г., несмотря на вето президента,  билль об ограничении иммигра­

    ции, которого давно добивались консервативные лидеры АФТ и фермер­

    ские организации. Президент Вильсон поддержал почти все социальные

    реформы,  понимая,  что  от  принятия  многих  из   них   зависела  судьба

    партии на выборах.

    Но рабочее движение заставило президента и лидеров конгресса ре­шить вопрос о реформе, которую они и не планировали, и не собира­лись проводить, а именно о введении на частных железных дорогах 8-часового рабочего дня. Его потребовали железнодорожники—члены четырех братств, угрожая национальной забастовкой. Президент Виль­сон внес в конгресс предложения по урегулированию конфликта на дорогах. Эти предложения стали основой соответствующего билля, внесенного конгрессменом У. Адамсоном. Осторожные — в канун выбо­ров — члены конгресса попытались отложить обсуждение, но отступать было некогда — на 7 сентября назначалась общая забастовка железно­дорожников. После коротких, ожесточенных трехдневных дебатов билль был принят, и президент, торопясь покинуть жаркий Вашингтон и от­дохнуть, подписал его, забыв, что делает это 3 сентября, в воскресенье (билль пришлось подписывать «на всякий случай» еще раз).

    Несомненно, акт Адамсона, значительно улучшавший положение части   рабочих   на   транспорте,   своим   появлением   был   обязан   прежде

    всего борьбе самих трудящихся. Именно этим он встревожил буржуазию, посчитавшую принятие такого закона — «под кнутом» рабочих лиде­ров — опасным прецедентом. Оппозицию консервативных кругов вызвал сам способ разрешения конфликта путем законодательства. Но, по мне­нию журнала «Нью рипаблик», закон Адамсона открывал новую эру государственного вмешательства, ибо правительство вступило в кон­фликт «не как полицейский или благочестивый миссионер», а как актив­ная и решительная сила 19.

    Добились уступок от правительства и фермеры. Под их сильным на­жимом в  1913—1914 гг. были приняты некоторые меры по улучшению положения  фермеров   (например,  закон  Смита — Левера  о  расширении сельскохозяйственного образования). Летом 1916 г. Вильсон после дол­гого, упорного сопротивления удовлетворил главное требование фермер­ства,    подписав    билль    Балкли — Холлиса,    значительно    облегчавший условия фермерского кредита, особенно для зажиточных фермеров. За­кон создавал новый орган — Федеральное управление  фермерского кре­дита,   состоявшее   из   бизнесменов,   чиновников   и   известных   лидеров фермерства. Были приняты также законы об усовершенствовании дорог,, улучшении сортов злаков и др. В целом аграрное законодательство де­мократов укрепило позиции фермерской верхушки, способствовало даль­нейшему расслоению в американской «деревне». Но в массах фермеров Вильсон завоевал явное одобрение и поддержку20.

    Законы    Клейтона,    Лафоллетта,    Китинга—Оуэна,    Керна—Макгил-лакуди, Адамсона, а  также  Смита—Левера,  Балкли—Холлиса и другие-составили по  тому времени внушительный  список.   К  нему добавился значительный объем социального законодательства в штатах, решавшего многие вопросы  условий труда  и  жизни  трудящихся.   Вместе  с  меро­приятиями начала   1900-х  годов,   тоже  вызванными  усилением  борьбы рабочих,   эти   реформы   заложили   основы   трудового   законодательства, принесшего  определенное  облегчение   условий  труда,  жизни  и  борьбы рабочих и фермеров. Профсоюзы АФТ получили, хотя и неполное, при­знание  в  законах  штатов  и  на   федеральном  уровне.   Многие  важные победы рабочих создали прецедент на будущее, наметили перспективы и задачи борьбы последующих поколений трудящихся. Тем не менее в целом   социальное, в особенности   трудовое,   законодательство   США, по признанию  буржуазных  авторов,  весьма  далеких  от  критических  оце­нок, все же  отставало вплоть до  30-х годов  от уровня передовых  за­падноевропейских стран на 20—50 лет 21.

    Сопротивление монополий, консервативных кругов буржуазии, коле­бание, непоследовательность и нерешительность самих реформаторов отразились на характере социальных реформ «новой демократии» Виль­сона. Эти реформы имели множество недостатков: неполнота, ограничен­ность, недостаточность законов, весьма неравномерное распределение-по регионам, отраслям экономики и отрядам трудящихся. Их отличала двусмысленность, наличие лазеек для капиталистов, которые и так по­стоянно их нарушали.

    Отрицательную роль сыграла и позиция руководства АФТ во главе

    c Гомперсом, которое опасалось, что, вступив в битву за   трудовое   за-

    koнодательство,     трудящиеся     осознают     необходимость     политической борьбы,   создания   самостоятельной   пролетарской   партии   и   отвергнут yзкий,  архаичный   цеховой   юнионизм.   Позиция   лидеров   АФТ   почти полностью совпадала с политикой умеренно-либеральной буржуазии.

    Вместе с тем нельзя отрицать, что в годы «новой демократии» со­циальная политика больше, чем когда-либо прежде, оказалась в центре внимания общества, что произошли очевидные сдвиги в сознании и настроениях определенных кругов буржуазии. Изменилась и позиция правительства в рабочем вопросе. Государство чаще, в более широком масштабе, чем прежде, использовалось для разрешения трудовых конфликтов. Были созданы специальные органы «регулирования» клас­совой борьбы, и президент лично, опираясь на авторитет главы испол­нительной власти, участвовал в решении наиболее острых столкнове­ний, доводя их до мирного конца, иногда не без выгоды для рабочих.

    Поступая так, Вильсон защищал интересы монополистической бур­жуазии и сумел с помощью реформ нанести немалый урон рабочему движению в США, углубив раскол в рабочем классе, способствуя рас­пространению в нем идеологии «классового сотрудничества», укреплению веры в «демократический капитализм», в «дружественность» буржуазно­го правительства. В итоге буржуазное влияние в пролетариате усилива­лось. Реформы «новой демократии» усыпляли и обманывали трудящихся, поскольку не требовали устранения главных основ капиталистического строя и означали, как писал В. И. Ленин, «изменения, совместимые с сохранением этих основ» 22.

    Социальные реформы В. Вильсона 1914—1916 гг. по существу пред­ставляли регулирование государством социальных процессов, что сви­детельствовало о складывании элементов государственно-монополистиче­ского капитализма. Открывался новый этап в становлении и упрочении в США замаскированных форм эксплуатации и угнетения трудящихся. Социальная политика Вильсона и демократов отражала рост и обостре­ние противоречий американского империализма.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 105      Главы: <   66.  67.  68.  69.  70.  71.  72.  73.  74.  75.  76. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.